В поисках идеала, вторая часть

Свобода, равенство, братство

В предыдущей части мы рассмотрели идеологию марксизма-ленинизма, пришедшую на смену православию и самодержавию, мы увидели её атеистическую направленность и показали, что вульгарный материализм не может быть сильным вдохновляющим началом. Однако для свершения революции нужна сильная мотивация. Очевидно, что у русских людей, совершивших революцию, она была, и также очевидно, что эта мотивация носила сильно негативный разрушительный характер.

Отвергнув древние идеалы православия и самодержавия, русское общество познало сполна слова А. И. Кошелева (которые некорректно приписываются Достоевскому): "Без православия наша народность дрянь". Потеряв многовековую духовную основу и отказавшись от власти "удерживающего", русский народ с удивлением увидел, какие "бесы" таились в глубине его "народной души". Красные начали резать белых, а белые – красных.

Приведем лишь некоторые примеры "красного террора", такие как геноцид казачества и подавление Тамбовского восстания. А сколько их еще...

Из директивы ЦК РКП 24 января 1919 года: «Необходимо провести массовый террор, направленный против богатых казаков, истребить их поголовно, провести массовый беспощадный террор вообще по отношению ко всем казакам, принимавшим какое-либо участие в борьбе с Советской властью», «Конфисковать весь хлеб, заставить ссыпать полностью излишки в указанные пункты, это относится и к хлебу, и ко всем другим сельскохозяйственным продуктам».

Цитата с сайта "Орел по-русски": «Сожжено заживо, расстреляно, отравлено боевыми химическими веществами, выслано в Сибирь на вымирание было в основном мирное, гражданское население станиц: старики, женщины и дети. По оценкам одних специалистов от 800 тысяч до 1 миллиона 250 тысяч жизней унёс казачий геноцид. По другим данным, красный геноцид унёс больше трёх миллионов жизней.»

Вот документы, относящиеся к подавлению восстания крестьян Тамбовской губернии. Из приказа командующего войсками Тамбовской губернии Тухачевского № 0116: «Остатки разбитых банд и отдельные бандиты, сбежавшие из деревень, где восстановлена Советская власть, собираются в лесах и оттуда производят набеги на мирных жителей. Для немедленной очистки лесов ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми газами, точно рассчитывать, чтобы облако удушливых газов распространялось полностью по всему лесу, уничтожая всё, что в нём пряталось.
2. Инспектору артиллерии немедленно подать на места потребное количество баллонов с ядовитыми газами и нужных специалистов.
3. Начальникам боевых участков настойчиво и энергично выполнять настоящий приказ.»

Приказ полномочной комиссии ВЦИК N 171 за подписью Тухачевского и Антонова-Овсеенко о правилах обращения с восставшими крестьянами в их домах:
« 1. Всякого, кто отказывается называть свое имя, расстреливать на месте.
2. Семьи, в которых может быть спрятано оружие, властью уполномоченного объявлять заложниками и расстреливать на месте.
3. В случае нахождения оружия расстреливать всех на месте.
4. Семья, в доме которой укрывается бандит, вся поголовно подлежит аресту, а имущество их конфискуется. Старший работник в семье расстреливается на месте, а семья высылается.
5. Всякая семья, укрывавшая членов семьи или имущество "бандитов", рассматривается сама как "бандитская". Старший работник в этой семье расстреливается на месте.
6. Крестьянам, указавшим семью, в которой укрывали "бандита" переходит все имущество этой семьи, а эта семья арестовывается и подлежит высылке. Старший работник этой семьи расстреливается на месте. »

Общее число жертв Тамбовского восстания крестьян оценить невозможно, но оно исчисляется сотнями тысяч. Всего от "красного террора", расстрелов, голодомора, раскулачивания и насильственных переселений во время революции погибло по различным оценкам от 20 до 34 миллионов человек, что составляет до 22% населения России.

За что была принесена такая неслыханная в истории человечества жертва? За какие идеалы? Стоили ли они того? ...

Великая Октябрьская социалистическая революция не была первой в своем роде. Ей предшествовала Великая французская революция. Вот девиз Робеспьера, который вдохновлял Великую французскую революцию: "Свобода, равенство, братство". Что же не так в этой невинной, с первого взгляда, триаде, и почему под этим девизом было пролито столько крови?

Начнем с разбора слова свобода, которое стоит за идеологией либерализма.

Свобода – это удивительное слово, одно из богатейших слов человеческого языка. Это слово имеет множество совершенно разных смыслов – от самых низменных (распущенность, вседозволенность) до самых высоких (духовная свобода, без которой невозможна любовь, в христианском понимании). Неудивительно, что это слово является одним из самых заезженных инструментов политической демагогии. Сказал "свобода, демократия" и сразу придал своим словам положительную коннотацию, а имел в виду на самом деле, например, разврат – и люди приняли: "ну как же, свобода ведь".

Почему современные люди так легко поддаются на подобные манипуляции? По мере роста самонадеянности в современном обществе катастрофически деградирует здравый смысл. На смену мудрости приходит клиповое сознание. Люди пересказывают чужие мысли, выраженные в коротких тезисах, совершенно не вдумываясь в их содержание и выдавая их за свои собственные. Это явление было хорошо известно древним. Вот что говорил об этом царь Соломон три тысячи лет назад: «в злохудожную душу не внидет премудрость и не обитает в теле, повинном греху» (Прем. 1:4), «Начало премудрости - страх Господень» (Притч. 1:7). Не стало в нашем обществе страха Божьего, т.е. боязни нарушить Божии заповеди, известной также как нравственность – не стало и мудрости, т.е. способности отличить черное от белого, плохое от хорошего. Такое общество легко воспламенить идеей революции и пустить по пути самоуничтожения.

Один из самых распространенных манипулятивных риторических приемов – подмена понятий. Как уже было сказано, слово "свобода" – одно из самых удобных для использования в этом приёме в силу богатства смыслов. Рассмотрим подробнее различные смыслы этого слова. Для полноты рассмотрения используем следующую методику. Во-первых, рассмотрим три основных философских грани понятия: онтологическую (с точки зрения бытия), гносеологичскую (с точки зрения разума) и аксиологическую (с точки зрения блага). Во-вторых, рассмотрим три степени возвышенности понятия – от телесного к духовному – тело, душа, дух. Всего в нашей таблице получится девять клеточек, в каждую из которых встанет своё уникальное понимание слова свобода. В каждой клеточке рассмотрим также типичные манипуляции с этим смыслом.

1. Свобода материального выбора и потребительство

Итак, приступим. Начнем с более примитивного – онтологическая свобода тела. С научной точки зрения, у тела нет свободы, т.к. оно подчинено физическим законам. Свобода в этом смысле может быть понята только как разнообразие бытия физических предметов. Это свобода материального выбора. Синоним этого смысла свободы – наличие. Действительно, наличие товаров в магазине – это разновидность свободы.

Данный вид свободы широко использовался в рекламе западного образа жизни во времена перестройки. Особенно привлекательным данный тип свободы является для молодежи в силу обостренной жажды ощущений, которые дает приобретение чего-либо нового. В этой свободе нет ничего плохого, но печально то, что выше свободы выбора между "фантой и пепси" у некоторых молодых людей понятие свободы не распространяется.

Данное понимание свободы, доведенное до идеала, лежит в основе идеологии консьюмеризма (потребительства), и имеет негативный оттенок, т.к. низводит интересы человека до чисто физического уровня. Также эквивалентом данного типа свободы являются деньги, которые обеспечивают возможность приобретения материальных благ.

2. Свобода воли, свобода совести, субъектность сознания

Следующее понятие свободы – это онтологическая свобода души. В этом понимании речь идет о реально существующей свободе таких проявлений души как чувства, разум и воля. Это такой тип свободы, который отрицается материалистами, поскольку в их понимании души нет, следовательно, как мы уже говорили выше, для материалиста не существует ни онтологической свободы разума, ни онтологической свободы воли, ни онтологической свободы чувств. Эти понятия считаются у материалистов кажущимися, т.е. не существующими на самом деле (жёсткий детерминизм). В христианском же понимании эти понятия признаются реально существующими и являются ключевыми в понимании догмата о Спасении.

Есть и промежуточные убеждения, которые предполагают существование свободы воли в условиях детерминизма (компатибилизм), однако они сводятся в конечном итоге к отрицанию онтологической свободы воли, спрятанному в изощренном многословии. Компатибилизм востребован атеистической прослойкой научного сообщества как способ забалтывания противоречия между вульгарным материализмом и реальностью, данной в ощущениях. По сути компатибилизм говорит, что свобода воли, ощущаемая нами, является иллюзией. Таким образом, компатибилизм – это тот же жёсткий детерминизм, но в многословной оболочке.

Рассмотрим понятие свободы души в деталях. Начнем с онтологической свободы разума. Данная свобода ощущается каждым человеком в форме сознания. Тайна сознания велика. Напрасны попытки объяснить сознание электрическими импульсами мозга. Такие импульсы есть и у компьютера, однако сознанием он не обладает, поскольку компьютер материален и лишен свободы, а человеческий разум этой свободы не лишен.

Это утверждение невозможно доказать с материалистических позиций. Ведь компьютер можно включить и выключить, и сознание тоже можно включить и выключить. У компьютера есть память состояния, и у разума есть память состояния (когда мы просыпаемся, мы вспоминаем, о чем мы думали вчера). Сознание можно повредить, если повредить мозг. Его можно сделать помутненным, запутанным, неадекватным, используя химические вещества, например, спирт. Из всего этого материалисты делают вывод, что сознание целиком сводится к физическим процессам в мозгу.

Вне всякого сомнения, человеческое сознание тесно связано с мозгом, но является ли оно полностью тождественным нервным импульсам? На этот вопрос наука ответить не может. Ответ на этот вопрос находится в религиозной сфере и в сфере личного опыта. В рамках своего сознания мы опытно ощущаем свободу собственной мысли. Свобода мысли здесь понимается как субъектность. Субъект – это тот, кто действует, исходя из собственных мотивов. Действия субъекта в некоторой степени непредсказуемы, поскольку не сводятся только лишь к внешним причинам. Субъект – это первопричина собственных действий (causa sui). Вопрос о реальной субъектности человеческого разума остается открытым, но всякий человек ощущает субъектность собственного сознания. Человеку свойственны субъектность чувств, субъектность мысли и субъектность воли, познаваемые на личном опыте.

В христианстве свобода воли является корнем для осмысления всего трагизма и остроты Библейского сюжета. Ведь если бы человек был роботом с кнопкой "добрый-злой", то Бог мог бы просто поставить тумблер в положение "добро", и, таким образом, гармония Божественного мира никогда бы не была нарушена. Но Бог, создавший человека по образу и подобию Своему, наделил его свободой воли, которая есть неотъемлемая и важнейшая часть образа Божьего в человеке. Зачем это было нужно Богу? Только существа, обладающие настоящей онтологической свободой, способны проявлять любовь. Роботы и компьютеры не умеют любить, хотя они могут быть очень умными – умнее человека в чем-то.

Итак, в Библейском повествовании, Бог создал человека свободным, и человек решил воспользоваться своей свободой, чтобы отделиться от Бога и быть независимо от Бога как бог: "будете яко бози, ведяще доброе и лукавое" (Быт. 3:5) – слова змия-искусителя, которыми он соблазнил Еву в раю. Это был первый бунт в истории человечества – бунт против Бога, результатом которого была потеря связи с Источником жизни и потеря бессмертия человеческого естества. Через грехопадение смерть и страдания вошли в мир.

Это была смерть телесная, но еще хуже смерть вечная, смерть духа. Страшнее всего то, что в этом состоянии человек пребывает в отчаянии и не может самостоятельно вырваться из плена собственной совести, хоть и кается и просит Бога о помощи. Бог, видя страдания человека и слыша его мольбы, Сам становится человеком и проходит вратами смерти, чтобы стать Победителем смерти, Первым из воскресших к вечной жизни. Чтобы не говорить с человеком свысока, но явить ему Свою любовь в смирении, Бог унижает Себя до падшего человеческого естества (кроме греха), до плевков и заушений, до позорной крестной смерти. Тем самым Он показывает человеку на личном примере, что спастись без страданий невозможно.

Страдания нужны падшему человеку подобно тому, как хирургическое вмешательство необходимо человеку, выпавшему из окна третьего этажа. Однако, не все страдания являются необходимыми. Если человек сотрудничает с Богом в деле своего спасения, то, в первую очередь, соблюдает Его заповеди. Этим человек уменьшает количество необходимых "хирургических вмешательств". Наоборот, человек, идущий против заповедей, увеличивает количество необходимых страданий в своей жизни. Мы видим непреложный закон – никакая благополучная жизнь не возможна в условиях безнравственности.

Отвергнув христианство и все древние законы мудрости, коммунисты устремились к строительству рая на земле и светлого будущего. Конечно, это была утопия, и первые годы революции ясно это показали. Однако коммунисты быстро поняли, что без базовой нравственности у них не получится вообще ничего. Поэтому в социалистическом обществе нравственность была на высоте. В прессе и литературе действовала жесточайшая цензура. Безнравственное поведение в семейной жизни разбиралось на партийных собраниях. Эти меры в сочетании с трудностями жизни подавляющего большинства населения имели огромный эффект.

Во время войны, немецкий врач, обследовавший русских женщин, угнанных в Германию, писал: «Россию победить невозможно, пока у этого народа такая нравственность: более 90% обследованных мною лиц женского пола от 15 до 20 лет – девственницы».

Подведем итог. Онтологическая свобода души, свобода воли, субъектность человека, наделяют его как способностью любить, так и способностью грешить. Будучи свободным в своем нравственном выборе, человек несет ответственность за свои поступки. Попытки игнорировать эту свободу приводят к всплеску безнравственности и гибели общества. В христианском понимании, страдания являются последствием грехопадения, и они неизбежны в жизни любого человека, но излишних страданий можно избежать, соблюдая заповеди Божии.

Говоря о свободе воли, следует упомянуть и еще один вид свободы, который был сформулирован Себастьяном Кастеллио в 16м веке, во времена реформации – это свобода совести. Внутреннее чувство нравственной ответственности есть почти у всех – это то, что называется совестью. Совесть – это не свобода, а ограничение. Бессовестный человек более свободен чем совестливый. Это даже дает некоторое материальное преимущество преступнику перед человеком, который не может переступить порог своей совести. Это преимущество мнимое, т.к., получив желаемое незаконным путем, преступник теряет внутренний мир и платит за свое незаконное приобретение вечной внутренней тревогой. "Самое главное украшение — чистая совесть. Моя спокойная совесть важнее мне, чем все пересуды." – Марк Туллий Цицерон (106—43 гг. до н.э.)

Итак, если совесть — это ограничение, то как же можно говорить о свободе совести? Свобода совести — это, скорее, оксюморон, красивое парадоксальное словосочетание, которым обозначается право человека иметь свои убеждения (религиозные и любые другие) и не быть за это преследуемым со стороны государства. Свобода совести входит в базовый список прав человека и является благом, вне всякого сомнения, но, как и всякое благо, может использоваться злонамеренно людьми, желающими безнаказанно разрушать нравственные устои общества. Именно под флагом свободы совести в современном западном мире идет война с христианскими традициями и нормами поведения.

3. Свобода духа, духовная жизнь, духовность

Следующий тип свободы – это онтологическая свобода духа. Подобное понятие есть только в христианстве. Никакая другая религия или философия так далеко не заходит. Христианство утверждает, что у человека есть дух, и что это реальная сущность, и что эта сущность тоже обладает своей свободой. Дух нужен человеку для общения с Богом, и сам процесс этого общения является величайшей тайной. Мы не будем раскрывать здесь то, что непостижимо. Приведем лишь несколько цитат из Евангелия. "Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине" (Ин. 4:24), "Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа." (Ин. 3:8), "...истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие." (Ин. 3:5)

Итак, христианство призывает человека к духовной жизни. Семя этой жизни, по христианскому учению, дается человеку в таинстве Крещения. Духовная жизнь обновляется в других таинствах Церкви – в таинстве Покаяния, в таинстве Причащения. Духовная жизнь еще именуется "внутренним человеком", который аллегорически противопоставляется "внешнему человеку", "ветхому Адаму". Духовная жизнь – это борьба с "ветхим человеком", поскольку старый падший человек, т.е. наши греховные привычки, влекут в сторону от заповедей Божиих. "Посему мы не унываем; но если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется." (2 Кор. 4:16) "Ибо живущие по плоти о плотском помышляют, а живущие по духу — о духовном. Помышления плотские суть смерть, а помышления духовные — жизнь и мир, потому что плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут. Посему живущие по плоти Богу угодить не могут." (Рим. 8:5-8)

Итак, мы видим, что христианство не просто говорит о нравственности, оно говорит о духовной жизни. Оно призывает человека реализовывать свою духовную свободу в борьбе с плотскими страстями и поиске благодати Божией. В этом смысле христианское учение совершенно уникально, т.к. оно не просто требует от человека нравственности, как все другие религии и многие идеологии, но требует от него значительно большего — духовной жизни. "Ибо, говорю вам, если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное." (Мф. 5:20)

У этого понимания духовности есть светские заменители смысла. Под духовностью в светском обществе понимается интеллигентность, образованность, начитанность, любовь к искусству. Эти понимания, несомненно, возвышают человека, но не так сильно, как духовность в христианском понимании. Образованный и интеллигентный человек может быть гордым, тщеславным, сребролюбивым. Духовность в христианском смысле с этими качествами никак не сочетается.

4. Свобода передвижения и социальное рабство

Поднявшись к самому высокому пониманию свободы духа, спустимся снова к телу. Рассмотрим гносеологический ряд нашей таблицы смыслов. Начнем с гносеологического понимания телесной свободы. Еще раз повторимся, что, с научной точки зрения, у физических предметов нет субъектности, поэтому их свобода понимается лишь с точки зрения формального описания их движения. Связанные друг с другом предметы не могут двигаться независимо друг от друга, а незакрепленные предметы обладают "свободой". Итак, в физическом смысле свобода понимается формально как свобода движения или незакрепленность, несвязанность.

Свобода передвижения применима также к человеку и входит в базовый список прав человека. Лишение человека свободы передвижения — это либо рабство, либо уголовное наказание, либо иная форма физического насилия. Очевидно, что свобода передвижения является благом для человека, но даже здесь возможны злоупотребления, когда такая свобода превращается в самоцель. Речь идет о чрезмерном увлечении путешествиями или переменами места жительства, которые сейчас входят в моду. Мы не говорим о профессиональных путешественниках, для которых путешествие — это призвание. Речь идет о бесконечном перемещении как признаке потери внутреннего мира. Человек ищет развлечений, чтобы убежать от внутренней пустоты и тревоги. Вот что об этом писал Блез Паскаль:

«Кто не видит всей тщеты человеческого существования, тот сам исполнен тщеты. Впрочем, кто ж ее не видит, кроме, разумеется, юнцов, захлестнутых пустозвонством, развлечениями и мыслями о своем будущем? Но отнимите у них эти развлечения - и тотчас на ваших глазах они начнут сохнуть от тоски, почувствуют, пусть даже бессознательно, все свое ничтожество: человек так несчастно устроен, что, если ему нечем отвлечься от мыслей о себе, он немедленно погружается в глубокую печаль.

Развлечение. — Если бы человек и впрямь был счастлив, он чувствовал бы себя тем счастливее, чем больше углублялся бы в себя, подобно святым и Господу Богу. — Пусть так, но ведь, предаваясь развлечениям, тоже можно чувствовать себя счастливым? — Нет, нельзя, потому что, предаваясь развлечениям, человек покидает внутренний свой мир ради внешнего и тем самым становится зависимым, становится возможной жертвой тысячи случайностей, неизбежно приносящих с собой печали.»

Очевидно, что лозунг "свобода, равенство, братство" в контексте Великой французской революции подразумевает слово "свобода" в смысле свободы от социального рабства. Нет никаких сомнений в том, что это достойная цель, к которой следует стремиться. Христианство не одобряет рабства ни в каком виде: «Рабом ли ты призван, не смущайся; но если и можешь сделаться свободным, то лучшим воспользуйся. Ибо раб, призванный в Господе, есть свободный Господа; равно и призванный свободным есть раб Христов. Вы куплены дорогою ценою; не делайтесь рабами человеков. В каком звании кто призван, братия, в том каждый и оставайся пред Богом.» (1 Кор. 7:21-24) , «К свободе призваны вы, братия, только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти, но любовью служите друг другу.» (Гал. 5:13) «Итак стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства.» (Гал. 5:1)

В этих цитатах видна вся отличительная особенность в отношении к социальному рабству в христианстве. Социальное рабство признается худшим уделом, и, если есть возможность избавиться от него, то следует ею воспользоваться, но намного хуже социального рабства — рабство плоти. Если социальное рабство в христианстве воспринимается как допустимое зло, то рабство плоти — это зло недопустимое.

5. Логическое понимание свободы, неопределенность, свободная переменная

Следующий тип свободы — это гносеологическая свобода души. Это свобода мыслительного процесса в логическом понимании. В данном случае под свободой понимается возможность свободного предположения о чем-либо, т.е. алетическая логическая возможность. В математике это называется свободной переменной. По сути данное понимание свободы эквивалентно незнанию, неопределенности. Действительно, о свободной переменной не известно ничего — не известно не только её значение, но и даже законы, которыми можно было бы её ограничить. Если мы хотим посчитать значения связанных переменных, то мы сначала должны узнать значения свободных. В этом смысле свободные переменные обладают эпистемической субъектностью, т.е. от их значения зависят другие переменные, сами же они ни от чего не зависят.

В каком смысле незнание дает свободу человеку? Скорее, в психологическом. "Меньше знаешь — крепче спишь", "... во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь" (Еккл. 1:18), однако знание — это благо, и "незнание закона не избавляет от ответственности".

Тема известного и неизвестного, знания и незнания — это огромная сфера философии науки. Байесовская логика и искусственный интеллект оперируют даже понятиями "неизвестного неизвестного" и "известного неизвестного" в том смысле, что, хоть значение "известного неизвестного" неизвестно, но мы знаем что-то о его вероятностном распределении, о "неизвестном неизвестном" мы не знаем вообще ничего. Современная математика показала невозможность оптимизации в сфере "неизвестного неизвестного", что ставит под большое сомнение возможность возникновения видов путем случайных мутаций и селекции, как это постулирует неодарвинизм.

Недавние теоретические исследования в области искусственного интеллекта нанесли сокрушительный удар по математической базе неодарвинизма. Многочисленные эксперименты в области генетического программирования показали, что оптимизация генетически обусловленных систем по методу неодарвинизма действительно возможна, но получающиеся благодаря такой хаотической оптимизации "организмы" несут в себе следы хаоса и не имеют никакой внутренней логики, которую мы наблюдаем во всех видах реальных живых существ.

6. Свобода истины и рабство греху

Следующий тип свободы — это гносеологическая свобода духа. Она также осмысляется только в христианстве. Эта свобода, которую получает дух от знания истины. Под несвободой здесь подразумевается рабство греху.

«Тогда сказал Иисус к уверовавшим в Него Иудеям: если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными. Ему отвечали: мы семя Авраамово и не были рабами никому никогда; как же Ты говоришь: сделаетесь свободными? Иисус отвечал им: истинно, истинно говорю вам: всякий, делающий грех, есть раб греха. Но раб не пребывает в доме вечно; сын пребывает вечно. Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете.» (Ин. 8:31-36)

Эта цитата из Евангелия раскрывает всё недоумение мирского человека, которому говорят о необходимости духовного освобождения. Оказывается, свобода, понимаемая в миру — это свобода от социального рабства. Её, оказывается, достаточно. Что же еще нужно? Христос же говорит о рабстве духовном. Это плен, в который попадает дух человека, порабощенного греховными привычками. Вот как об этом пишет апостол Павел:

«Ибо мы знаем, что закон духовен, а я плотян, продан греху. Ибо не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю. Если же делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он добр, а потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Итак я нахожу закон, что, когда хочу делать доброе, прилежит мне злое. Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих. Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти? Благодарю Бога моего Иисусом Христом, Господом нашим. Итак тот же самый я умом моим служу закону Божию, а плотию закону греха.» (Рим. 7:14-25)

В миру часто под свободой понимается возможность удовлетворения базовых потребностей, неограниченное потребление, плотское наслаждение, развлечение. Мы видим, что такое мирское понимание свободы находится в прямом противопоставлении свободе духовной. «Ибо плоть желает противного духу, а дух - противного плоти: они друг другу противятся» (Гал. 5:17). «Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу.» (Иак. 4:4),

Существует духовный закон, по которому раскрепощающий свою плоть закрепощает свой дух. Человек, занятый угождением плоти, неизбежно деградирует в духовном плане и опускается постепенно до животного уровня. Это прекрасно показал Карло Коллоди в сказке «Пиннокио», в которой главный персонаж сказки попадает в Страну Развлечений, где разрешено все плотские утехи, но где мальчики постепенно превращаются в ослов, которых сажают в клетки и продают в цирк. Известен также принцип управления обществом "раскрепостить, чтобы закрепостить", который сейчас повсеместно внедряется через "сексуальную революцию" и прочую пропаганду "свободы", понимаемой в смысле нравственной распущенности.

Христианство противопоставляет этому принципу диаметрально противоположную доктрину. Оно утверждает необходимость стеснения плоти ради свободы духовной жизни. Апостол Павел пишет: «Итак, братия, мы не должники плоти, чтобы жить по плоти; ибо если живете по плоти, то умрёте, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете» (Рим. 8:12-13), и в другом месте: «Но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным» (1 Кор. 9:27)

7. Свобода удовлетворения телесных потребностей, гедонизм

Раз уж зашла речь о базовых потребностях тела, то перейдем к рассмотрению следующего типа свободы — это свобода тела в аксиологическом понимании. Проще говоря, это свобода удовлетворения телесных потребностей как благо, понимаемое в гедоническом смысле.

С одной стороны, забота о теле входит в набор основных прав человека. Например, право на бесплатное медицинское обслуживание, вне всякого сомнения, является благом. Вместе с тем, как мы уже обсудили выше, подобное понимание свободы дает огромный простор для спекуляций. Например, право женщины распоряжаться своим телом распространяется некоторыми проповедниками свободы и либерализма на право женщины убивать ребенка в своем чреве.

Мы уже увидели, что возведение плотских потребностей в идеал приводит к умерщвлению образа Божьего в человеке, но современное человечество зашло ещё дальше. О нашем времени писатель Иван Сергеевич Аксаков писал в 19м веке: «Прогресс, отрицающий Бога и Христа, в конце концов становится регрессом; цивилизация завершается одичанием; свобода - деспотизмом и рабством. Совлекши с себя образ Божий, человек неминуемо совлечет, - уже совлекает с себя и образ человеческий, и возревнует об образе зверином.»

Действительно, современное человечество начинает вкладывать в термин свобода тела такие смыслы, которые не просто противоречат христианской морали, но и прямо причисляются ею к числу сатанинских, демонических, звериных (свобода половых извращений, упразднение понятий отец и мать, право на самоубийство — эвтаназию и т.п.)

8. Свобода слова, права человека, либерализм, толерантность

В этот момент уместно перейти к следующему пониманию свободы — это свобода души в аксиологическом понимании. Мы уже говорили о том, что в материалистическом смысле у "души" нет онтологической свободы, а в христианском понимании у души такая свобода есть. Теперь рассмотрим эту свободу с точки зрения блага. Если такой свободы в принципе нет, как считают материалисты, то и говорить, собственно, не о чем. Всё развивается, как развивается, а хорошо это или плохо — незачем и рассуждать, поскольку ни от кого ничего не зависит. Фактически, рационалистическое рассмотрение свободы как осознанной необходимости снимает с человека нравственную ответственность за свои поступки. Именно поэтому рационалистический подход к нравственности, сформулированный в философии социал-дарвинизма, был столь востребован двумя людоедскими режимами — большевизмом в России и фашизмом в Германии.

Итак, отрицание нравственной ответственности человека за свои поступки ни к чему хорошему не приводит, а признание такой ответственности автоматически означает признание наличия онтологической свободы воли у человека. Действительно, ведь никто же не наказывает Волгу за то, что она вместо того, чтобы орошать безводные пустыни Казахстана, впадает в Каспийское море. Даже кот Васька "слушает да ест". С него спрос не велик, а вот человека за его поступки и обвиняют, и судят, и наказывают. Человек несет нравственную ответственность за свои поступки, поскольку он свободен.

В этом и проявляется аксиологическое понимание свободы воли человека — если человек реализует свою свободу нравственно, то это хорошо, иначе — плохо. С онтологической точки зрения, у человека есть свобода совершить злой поступок. Однако позже он понесет за это наказание или, как минимум, будет этого наказания бояться или испытывать муки совести. Поэтому, с точки зрения общественного порицания, у человека такой свободы нет. Если же ему дается свобода от ответственности за свои поступки, то это называется безнаказанностью, вседозволенностью и попустительством.

Существуют и такие случаи, когда поступок не является однозначно бессовестным, однако может формально противоречить закону. В этом случае освобождение от формальной ответственности называется правом. Право — это либо снятие формального запрета (свобода слова), либо предоставление принципиальной возможности (право на труд).

Итак, мы выяснили, что свобода в аксиологическом понимании является синонимом права. Хорошо ли это или плохо? Рассмотрим, например, свободу слова. Она означает, что можно говорить всё, что хочешь (с некоторыми очевидными оговорками), и тебе за это ничего не будет. Фактически, свобода слова требует отмены государственной цензуры. С одной стороны, это позволяет высказываться критически в адрес власти, и это может быть иногда полезно. С другой стороны, подобная безнаказанность может заходить дальше и превращаться в распущенность, во вседозволенность, в свободу провокационных высказываний, оскорбляющих народную историческую память и религиозные чувства верующих.

Возьмем, к примеру, фильм Матильда, который по сути является пасквилем на русскую историю и на святого Царя-мученика. Фильм снят на государственные деньги и показан в кинотеатрах России несмотря на многочисленные протесты верующих. Вот вам и свобода слова, свобода лжи, свобода глумления, свобода оскорбления. А сколько еще сейчас в России таких богохульников, глумящихся над нашей верой, над нашими святынями, над нашими классиками под видом культуры и прикрывающих свою гнусную сущность правом на художественное самовыражение. И всё это — за государственные деньги. Нужна ли нам такая свобода?

Мы постепенно подходим к рассмотрению ещё двух понятий, которые вызывают в современном русском обществе бурю споров — это понятия либерализм и толерантность. Как и многие другие понятия свободы, эти понятия основаны на добрых предпосылках, но многочисленные злоупотребления ими сместили чашу весов общественного мнения в сторону резко негативного отношения к ним.

Либерализм основан на понятии права человека. В длинном списке прав человека есть такие свободы, как свобода слова, свобода собраний, свобода передвижения; такие права, как право на жизнь, право на неприкосновенность жилища, право на образование, право на охрану здоровья; и также признание достоинства личности и равенства перед законом. Всё это есть огромное достижение человечества и несомненное благо.

Аналогичным образом, слово толерантность происходит от христианского учения о любви к человеку вне зависимости от цвета кожи, политических убеждений и даже грехов. Злоупотребление понятиями либерализм и толерантность начинаются тогда, когда происходит подмена понятий свободы — на вседозволенность и любви — на попустительство. Любовь к грешнику вовсе не означает позволения грешить, свобода слова не означает свободу лжи и клеветы, свобода собраний не означает свободы террористических организаций, свобода культурного самовыражения не дает права искажения истории и оскорбления чувств верующих и т.д. и т.п.

Вся беда в том, что именно слово "свобода" избрано в современном политическом противостоянии как оружие политической борьбы, способное разрушить государство изнутри без военного вмешательства. Вместо того, чтобы вкладываться в дорогостоящее вооружение, можно заказать ряду социологических институтов разработку такой риторики, при которой общество уничтожит само себя, следуя ложным смыслам. Это техника нейролингвистического программирования, доведенная до совершенства, позволяющая управлять не только отдельным человеком но и целым обществом посредством смысловых манипуляций.

Чтобы уничтожить государство изнутри, нужно растлить его нравственность. Особенно это касается молодежи и женщин как хранительниц семьи и чистоты. Для растления нравственности необходимо внушить людям ложное понимание свободы и тем самым снять естественные общественные барьеры перед пропагандой всякого рода беззакония и лжи. Увы, но наше общество подверглось мощнейшей идеологической атаке во времена перестройки, и эта атака не прекращается до сих пор.

Вот что пророчествовал о нашем времени преподобный Серафим Вырицкий: «Придёт время, когда не гонения, а деньги и прелести мира сего отвратят людей от Бога, и погибнет куда больше душ, чем во времена открытого богоборчества. С одной стороны, будут воздвигать кресты и золотить купола, а с другой — настанет царство лжи и зла. Истинная Церковь всегда будет гонима, а спастись можно будет только скорбями и болезнями, гонения же будут принимать самый изощренный, непредсказуемый характер. Страшно будет дожить до этих времён. Мы, слава Богу, не доживем, но тогда же из Казанского собора пойдет крестный ход в Александро-Невскую Лавру».

Первый крестный ход из Казанского собора в Александро-Невскую Лавру прошел 12 сентября 2013 года ...

9. Свобода вероисповедания

И в заключение рассмотрим последний тип свободы — это свобода духа с точки зрения блага. Фактически, речь здесь идет о возможности человека свободно выбирать источник своего духовного насыщения. Опять же, речь идет лишь о христианском учении, т.к. с точки зрения других систем мировоззрения эта проблема просто не существует. С точки зрения христианства, по учению святителя Игнатия Брянчанинова, человек является духовным сосудом, который должен быть заполнен тем или иным духовным содержанием. Если человек выбирает в качестве своего содержания благодать Божию, то это благо. Если же выбирает иной источник, то это наполняет его душу тревогой.

Проблема в том, что человек создан для Богообщения, и ничем другим его дух удовлетвориться по-настоящему не может. Если он прилепляется к чему-то земному и делает это своим богом, то начинает требовать от своего идола божественных свойств, например, бесконечности. Вот духовная природа вечной неудовлетворенности человека достигнутым. Это т.н. закон возвышения потребностей. Как только человек получает желаемое, так сразу теряет к нему интерес и начинает искать большего. От этого он теряет мир и погружается в состояние стресса и неудовлетворенности. Человек, нашедший Бога и выбравший благодать Божию в качестве источника своего утешения, находится в мирном устроении, т.к. его дух нашел то, для чего был создан.

Аксиологическое осмысление свободы духа, наверное, является самым значимым пониманием свободы из всех перечисленных, поскольку именно неправильным духовным выбором в христианстве объясняется появление всякого зла, всяких страданий и смерти. Бог создал весь мир в изначальном состоянии полной гармонии. В этом состоянии в мире не было ни страданий, ни смерти. Человек неправильно воспользовался данной ему духовной свободой, отпал от Бога, возгордился, возомнил себя богом, прилепился к земным идолам. Через это грехопадение в мир вошла смерть и страдания, которые Господь попускает для научения человека, чтобы человек на опыте узнал, как плохо жить без Бога, и во что превращается человек, отпавший от Источника своей жизни.

В мирском понимании, под духовной свободой понимается свобода вероисповедания. Это право человека придерживаться своей веры и не испытывать при этом гонений со стороны государства (экстремистские религиозные течения не в счёт). Вне всякого сомнения, свобода вероисповедания — это благо.

Религиозная терпимость и толерантность являются основой мирного сосуществования различных этносов внутри государства и обеспечивает его стабильность. Однако и это благое начало используется в современном мире для борьбы с христианством. Речь идет об экуменизме в его современном виде. Теоретически экуменизм понимается как мирный диалог различных религий на тему общерелигиозных или общечеловеческих ценностей. Это очень хорошее начинание на практике превращено в религиозное извращение, заключающееся в попытке смешать все религии в одну, выхолостив при этом их содержание.

Есть и еще одна опасность, исходящая от нарушения религиозной свободы. О ней мы уже говорили выше. Это опасность подмены настоящей духовной жизни во Христе христианской государственной идеологией. Здесь государство осуществляет религиозное насилие со знаком плюс. Подобное насилие оказывается еще более опасным чем гонение на христианство.

История учит нас, что во времена гонений Христианская вера усиливалась благодаря крови мучеников. Во времена же, когда христианство становилось государственной религией, церковь испытывала искушения более тонкие и более опасные. Это искушения властью и деньгами, которые способны превратить веру в лицемерие, а духовную жизнь в идеологию. Собственно, эти процессы и сгубили две православных империи — Византийскую и Российскую. Они же лежат в основе разделения христианства на православие и католичество.

История Христианской Церкви знает и те, и другие периоды, в каждом из которых есть и положительные, и отрицательные моменты, однако нельзя однозначно ставить знак плюс или минус на том или ином эпизоде в истории христианства. Христиане воспринимают свою историю как промысел Божий, который ведёт в конечном итоге к спасению как можно большего числа людей. Христос дал апостолам обещание, что никакие искушения не смогут победить Церковь: «и Я говорю тебе: ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18)

Равенство

Рассмотрев подробно оттенки смысла слова свобода, перейдем к следующему слову из Робеспьеровской триады — равенство. В годы Великой французской революции это слово послужило для взлома действующего государственного строя, и тогда это хотя бы имело вид справедливости, поскольку накопившиеся пороки старого порядка и нежелание власти с ними бороться толкали людей на отчаянные действия. В XXI веке это оружие направлено против семьи. А она-то чем виновата?

Рассмотрим подробнее, какие подмены смысла могут возникать в этих двух случаях: социальное равенство и равенство полов. Слово равенство в положительном смысле воспринимается как недопустимость ущемления в правах по какому-либо этически нейтральному признаку: социальному статусу, национальности, полу и т.д. В христианском вероучении это начало заложено, например, в словах апостола Павла: «Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе.» (Гал. 3:28)

Равенство в христианстве (да и не только в нём) воспринимается как достоинство человеческой личности, по сравнению с которым материальный достаток и социальный статус — ничто. Перед судом Божиим все равны — и царь, и нищий. Это ясно показано Христом в притче о богаче и Лазаре (Лк. 16:19-31). Итак, идея равенства — это важнейший христианский постулат.

Каким же образом можно исказить столь замечательную идею и превратить её в оружие против государства и семьи? Во-первых, рассмотрим случай с революциями, в которых равенство воспринимается в социальном аспекте. В этом случае происходит подмена понятия равенства на искусственное выравнивание материального достатка вплоть до полной отмены частной собственности и узаконенного грабежа. Отсюда революционные призывы "грабь награбленное", "экспроприация экспроприаторов" и вот это Шариковское — "отнять и поделить".

С одной стороны, понятно желание людей, доведенных до отчаяния вопиющей нищетой, вернуть себе хоть минимально необходимый уровень дохода. С другой стороны, тут же возникает опасность перекоса, при котором требование равенства материального дохода возводится в абсолют и воспринимается как рецепт социального счастья. Мы видим здесь общую проблему и для правящей элиты, и для простого народа. Проблема заключается в преобладании материальных ценностей над духовными. Если для элиты это означает стремление к неограниченному росту дохода и безразличие к нуждам простого народа, то для народа это же становится оправданием ненависти к правящему классу. В результате — бунт, кровь, насилие и возврат к прежнему социальному неравенству, но только теперь — с новой государственной элитой во главе.

Если в случае с революцией всё более-менее просто, то при рассмотрении понимания равенства, сформировавшегося в Советском Союзе после того, как революционные процессы в нём завершились, мы должны признать, что это понимание было возвращено к христианскому смыслу. К примеру, посмотрите фильм "Премия" с Евгением Леоновым, Арменом Джигарханяном и Олегом Янковским. Это шедевр соцреализма с цитатами из Ленина и пр. — всё как положено. Но если оставить за кадром почти религиозное отношение к партии в этом фильме, то фильм ведь, фактически, о равенстве всех людей в вопросах именно нравственности, а не дохода.

Всё же в советской идеологии был один перекос. Советский Союз был основан на отмене частной собственности как гарантии социального равновесия. Т.е. источником зла считалось серебро, а не сребролюбие. С христианской же точки зрения, проблемой является не частная собственность, а неверное отношение к ней, т.е. богатство, воспринимаемое как самоцель. Соответственно, и решение видится не в насильственном выравнивании доходов, а в воспитании в себе такой системы ценностей, при которой тенденция к социальному неравенству отпадёт сама собой: «Итак, не ищите, что вам есть, или что пить, и не беспокойтесь, потому что всего этого ищут люди мира сего; ваш же Отец знает, что вы имеете нужду в том; наипаче ищите Царствия Божия, и это все приложится вам.» (Лк. 12:29-31). Разумеется, осмыслить эту цитату из Евангелия можно только с позиций веры. В атеистическом обществе такой ход мыслей исключён.

Итак, мы показали, что отмена частной собственности — это не панацея от социальных проблем. Есть однако и еще одна диаметрально противоположная идея, заключенная в том, что частная собственность и рыночные отношения могут сами по себе волшебным образом настроить экономический баланс в обществе. Это идея экономического либерализма и свободного рынка. Беда здесь та же самая — во главу угла ставятся деньги и прибыль как волшебный инструмент саморегулирования.

У нас в народе говорят "рыночек порешал". Но уместнее, видимо, в нашем случае говорить не "порешал" а "порешил", поскольку попытка ввести принцип доходности и "эффективного менеджмента" в те государственные институты, где он совершенно неуместен, "порешил" в нашей стране и образование, и медицину, и правосудие. Какой доход приносят участковый терапевт, учитель, прокурор? От них один только убыток. Общество, управляемое идеей экономического либерализма, естественным образом будет сокращать расходы и на медицину, и на образование, и на охрану правопорядка, и на социальные выплаты. Всё это — чистые убытки, и они подлежат "оптимизации". Качественное же образование, медицинское обслуживание, защита со стороны полиции становятся уделом богатых, поскольку только они могут оправдать это экономически.

Проанализировав множество смыслов слов свобода и равенство, мы приходим к важнейшему выводу. Только христианское духовное понимание свободы и равенства обеспечивает настоящую гармонию в обществе, поскольку прописывается не на уровне законов, а в самом сердце человека — через заповедь любви. Общество, которое живет с такими идеалами, будет по-настоящему счастливым и гармоничным. Все остальные атеистические попытки "причинения добра" выливаются в ту или иную утопию. Без глубокого изменения сознания, именуемого в христианстве покаянием, они не работают. Не сработала формула "свобода, равенство, братство" во времена Великой французской и Великой Октябрьской революций, не сработала идея свободного рынка во времена перестройки. Вспоминаются слова из басни Крылова: "А вы друзья, как ни садитесь, Всё в музыканты не годитесь". Всё же атеизм — это универсальный рецепт провала любой идеологии в дальней перспективе.

И в заключение рассмотрим еще один вид злоупотребления термином "равенство", популярный в XXI веке. Это т.н. "гендерное равенство". Мы уже говорили, что идея сама по себе полностью соответствует христианскому учению. Действительно, христианство нельзя упрекнуть в унижении женского пола. Помимо Павловского "несть мужеский пол, ни женский" (Гал. 3:28) мы видим, на какую высоту возведена женщина в христианстве: Честнейшая херувим и Славнейшая без сравнения серафим Матерь Божия, жены мироносицы, святые мученицы, преподобные жены, равноапостольные Княгини и Царицы.

Христианство воздает женщине величайшую честь, прославляя её как мать, как хранительницу семейного очага, образ чистоты, кротости, послушания. Если мужчина — образ стойкости, мужества, силы и власти, то женщина — образ мягкости, нежности и материнского тепла. Власть в христианстве преимущественно принадлежит мужчине вовсе не по его превосходству над женщиной, а по его природе, более пригодной для такого применения. Женская же природа никак не обделена славой, поскольку мужчина может построить дом, посадить дерево и пойти на войну — дать же жизнь новому человеку может только женщина, и в этом её главное предназначение.

С какой же целью в современном мире навязывается идея гендерного равенства? Цель её одна — уничтожение семьи и сокращение рождаемости. Идея в том, чтобы уничтожить или дискредитировать асимметричные роли мужчины и женщины в семье, обусловленные их природными различиями. Дело не в физиологии, а в асимметричном образе заботы и воспитания детей. Мужчина — кормилец и защитник, женщина — мать и хранительница очага. Отец — строгость и требовательность, мать — утешительница.

Для развития гармоничной личности, знающей и свое достоинство, и свои "берега" нужны и строгость, и ласка. Очень трудно быть одновременно и строгим, и ласковым, поэтому в семье эти акценты воспитания распределяются асимметрично между отцом и матерью. Конечно, и отец может приласкать, и мать может наказать, но всё же канонический образ отца — это добрая строгость, а матери — строгая доброта.

Искусственное стирание этих естественных отличий, данных мужчине и женщине Богом, приводит к обострению семейных конфликтов, увеличению числа разводов и снижению качества воспитания детей. Всё это на руку тем, кто хочет управлять обществом не на основах любви и заботы, а на основах манипулирования сознанием. Дети, воспитанные в неполноценных семьях, лишены правильного примера и духовного здравия, и им легче внушать извращенные смыслы и идеалы, ведущие в конечном итоге к их окончательной дезориентации и порабощению.

Кульминацией этого богоборческого движения является отстаивание права смены пола (даже маленьким еще ничего не смыслящим ребенком) и теория о великом множестве полов. Подобная тенденция в современном обществе граничит с сатанизмом и свидетельствует о крайней степени духовной деградации, о потере здравого смысла и способности сопротивляться злу и отличать зло от добра. Современная европейская цивилизация летит в ад. Сможет ли Россия остановить это падение при том, что она и сама участвует в нём в значительной мере?

Формальный анализ подмен смыслов, направленных на разрушение семьи и государства

Мы рассмотрели выше множество смысловых манипуляций, превращающих доброе начало в злое, истину в абсурд, идеал в утопию. Эти манипуляции широко распространены в современной либерально-демократической риторике. Очевидно, что целью этих манипуляций является конечная дезориентация общества и превращение его в ничего не понимающее "стадо баранов".

В этой статье мы не будем задаваться вопросом кому и зачем это нужно. Кому-то, очевидно, нужно, иначе весь этот дьявольский калейдоскоп смыслов не продвигался бы сейчас с такой агрессивной настойчивостью через все органы государственной власти на территории большинства христианских государств. Очевидно, что кто-то за всё это насильственное безумие платит огромные деньги.

Ниже приводится словарь типовых манипуляций, которые используются сегодня в качестве инструмента по дезориентации общества. Словарь будет давать христианский смысл слова и его смысловой антипод, который сейчас нам пытаются навязать в рамках либерально-демократической риторики.

Свобода в высшем смысле — освобождение из плена греха и страстей путем усмирения плоти и понуждения себя к исполнению Евангельских заповедей, духовная жизнь.
Свобода в высшем смысле — права человека, расширенные до абсурдного беспредела; возможность неограниченного удовлетворения потребностей тела путем отмены всех требований христианской нравственности; неограниченное материальное потребление.

Права человека — социальные гарантии, направленные на уважение к личности и заботу о гражданах.
Права человека — гарантии безнаказанности при действиях, направленных на разрушение нравственных устоев общества (гей-парады); поощрение в людях расового и гендерного высокомерия, старых обид и жажды мести через постоянное напоминание об ущемленных правах (BLM).

Свобода слова — право человека безнаказанно публично высказываться на любые темы, не противоречащие нравственности.
Свобода слова — право человека безнаказанно публично высказываться на любые темы вообще.

Свобода совести — право человека безнаказанно исповедовать любые убеждения, не противоречащие нравственности.
Свобода совести — право человека безнаказанно исповедовать любые убеждения, включая пропаганду разврата, историческую клевету и оскорбления чужой веры.

Экономическая свобода — здоровая рыночная конкуренция, приводящая к улучшению качества выпускаемой продукции.
Экономическая свобода — отмена государственного рыночного регулирования, введение принципа доходности в образование, медицину, правоохранительные органы и органы социальной опеки.

Свобода тела — право распоряжаться своим телом в рамках нравственных норм, право на медицинское обслуживание.
Свобода тела — право распоряжаться своим телом без ограничений, право на смену пола, право на аборт, право на сексуальные извращения.

Свобода творчества — право художника на самовыражение в любой форме, не противоречащей нравственности.
Свобода творчества — право художника на искажение исторической реальности вопреки известным историческим фактам.

Авангардизм — поиск новых выразительных форм мастерами искусства.
Авангардизм — эпатаж как способ лёгкого заработка, шарлатанство.

Равенство в высшем смысле — равное достоинство человеческой личности вне зависимости от социального статуса, пола и расы; равенство всех перед судом Божиим, государственным законом и нравственными нормами.
Равенство в высшем смысле — искусственно уравненный доход, отмена частной собственности; игнорирование естественных различий между мужчиной и женщиной, равные пропорции мужского и женского состава правительства, штата фирм, вплоть до фотографий, используемых в корпоративном дизайне.

Равенство полов — одинаковая значимость мужчины и женщины, отца и матери; равное уважение к мужчине и женщине с признанием их различных ролей в семье и воспитании детей.
Равенство полов — искусственное стирание разницы между мужчиной и женщиной, направленное на уничтожение семьи, право на смену пола, феминизм, теория о великом множестве полов.

Культура — среда воспитания, призванная облагородить человека, поднять его над уровнем животного.
Культура — институт развлечений.

Образование — воспитание образа Божьего в человеке.
Образование — воспитание грамотного потребителя.

Половое воспитание — преподавание в школе нравственных основ отношений между мужчиной и женщиной, привитие семейных ценностей, целомудрия и благородства на лучших литературных примерах.
Половое воспитание — нравственное растление малолетних, узаконенное на государственном уровне.

Государственная опека семьи — комплекс мер, направленных на поддержание и сохранение семьи и профилактику семейных проблем, обусловленных низким доходом или низким уровнем нравственности.
Государственная опека семьи — поддержание материального статуса ребенка путем изъятия его из семей с низким уровнем дохода.

Ювенальная юстиция — государственное законодательство и исполнительные органы, направленные на защиту детей от семейного насилия, угрожающего здоровью и жизни ребенка.
Ювенальная юстиция — действия государственных чиновников, грубо нарушающие границы семейной неприкосновенности, с целью запретить родителям применять строгость в воспитании детей и разумные наказания под угрозой изъятия ребенка из семьи, что в конечном итоге стимулирует в детях избалованность и распущенность.

Экуменизм — мирный диалог различных религий на тему общерелигиозных или общечеловеческих ценностей.
Экуменизм — смешивание всех религий в одну.

Толерантность — доброжелательное отношение к людям иной нации и вероисповедания, неосуждение грешника.
Толерантность — неспособность сопротивляться злу, неспособность отличать добро от зла, равнодушие, безразличие.

Теория эволюции — теория об изменчивости видов под действием внешних условий, которая объясняет приспособление вида к среде обитания, не отрицая при этом Божественное происхождение видов.
Теория эволюции — предположение о том, что сложные логические формы могут складываться случайно, без участия разума. Теория происхождения видов, отрицающая Бога Творца.

Глобализм

Рассмотрев смысловые манипуляции в рамках либеральной риторики, мы переходим к теме глобализма. Хотелось бы и вовсе её не касаться, поскольку вокруг глобализма сейчас ведется множество разговоров, в которых зачастую используются непроверенные факты и домыслы. В этих аргументах порой бывает трудно отделить качественный достоверный материал от так называемых "фейков" или "теорий заговора".

Обычная научная теория — это логически непротиворечивая система утверждений, основанная на реальных фактах и способная предсказывать новые факты. Важнейшим требованием к научной теории является проверяемость её выводов. Теория заговора, в свою очередь, это логически непротиворечивая система, которая либо основана на непроверенных фактах, либо её выводы невозможно проверить. Отличительной особенностью теории заговора является то, что в её основе лежит предположение злого умысла некоторой тайной группы лиц.

Нам бы очень не хотелось превращать приводимое ниже рассуждение в теорию заговора, а такая опасность существует, поскольку в этой теме очень мало достоверного фактического материала. Придется собирать достоверные исторические факты по крупицам и пытаться увязать их в логически непротиворечивую систему, способную объяснить события современности.

Можно было бы и вовсе не браться за эту тему, но антихристианская либерально-демократическая риторика, основанная на искажении понимания прав человека, приобретает в современном мире такие ужасающие масштабы, что христианам невольно приходится задаваться вопросом "а что же, собственно, происходит, и как всё это можно объяснить?" Речь, очевидно, идёт о пропаганде однополых браков, смены пола и других идей, направленных на разрушение традиционной христианской нравственности.

Тема была бы не такой острой, если бы данная антихристианская риторика исходила от каких-то маргиналов, изгоев общества. Но ужас ситуации заключается в том, что перечисленные тенденции внедряются на уровне европейского и американского законодательства и становятся обязательными к исполнению для всех граждан Евросоюза и США.

В том числе эти направления внедряются в систему образования в виде полового воспитания и навязываются детям с детсадовского возраста. Попытки родителей уклониться от подобной пропаганды заканчиваются карательными действиями, начиная от штрафов и заканчивая изъятием детей из семьи. Эти факты невозможно скрыть, поскольку соответствующие законы прописаны официально, и инциденты на этой почве происходят постоянно, что вынуждает некоторые семьи мигрировать за границы Евросоюза и США, чтобы спасти своих детей от нравственного растления.

Показательным в этом смысле является инцидент с попыткой внедрить подобные законодательные инициативы в Мексике. Миллионы мексиканцев вышли 10 сентября 2016г на улицы в знак протеста против новых школьных учебников по сексуальному воспитанию, распространяемых Минобразования в мексиканских школах. Организатор протестов - Национальный фронт за семью (FNF) под управлением Консуэло Мендосы. В Гвадалахаре на улицы вышли от 50 до 100 тысяч людей, в Сантьяго-де-Керетаро - 40 тысяч. Всего акции состоялись в 112 городах. Правительство пошло на попятную. Программа полового воспитания была свёрнута, но это только одна маленькая победа в рамках одного государства Латинской Америки. В Европе и США дела обстоят намного хуже.

Итак, мы наблюдаем мощнейшую атаку на основы христианской нравственности во всём мире, развернутую под прикрытием либерально-демократических ценностей и прав человека. Заметим, что в самих по себе правах человека, либерализме и демократии нет ничего антихристианского. Мы уже доказали на цитатах из Евангелия, что христианство всячески приветствует свободу и права человека. Аналогичным образом, нет никакого конфликта и между христианством и демократией.

Европейское общество считается христианским и демократическим одновременно: христианское оно — по факту своей истории, а демократическое — по факту действующей системы управления. Подобное сочетание благополучно существует уже, как минимум, два с половиной века на территории США, но есть примеры и значительно более древних христианских республик (например, Псковская и Новгородская). Итак, христианство не входит в конфликт с демократией или республиканской формой правления, как минимум, исторически.

Понятие христианская демократия оформилось в официальную идеологию со времен Великой французской революции, но до сих пор считается незавершенным. К примеру, Жан-Жак Руссо писал в своём трактате "Об Общественном договоре": «я ошибаюсь, говоря "христианская республика"; эти два слова исключают друг друга».

Можно спорить на тему, сочетается ли христианство с демократией идеологически, но, во всяком случае, мы знаем множество исторических примеров мирного сосуществования этих идеологий в рамках одного государства. Очевидно, что взятые по отдельности понятия "либерализм", "права человека" и "демократия" не имеют никакой антихристианской направленности. Необходимо найти еще одну составляющую, которая стала бы маркером, обозначающим нравственное насилие над христианами в Европе в XXI веке.

То, что происходит сейчас в Европе, США и в какой-то мере в России, было предсказано преподобным Серафимом Вырицким. Полный текст его пророчества приведен выше. Он говорил, что "настанет царство лжи и зла", а "гонения на христиан приобретут самый изощренный и непредсказуемый характер". Указал он и на конкретное событие этой эпохи, которое действительно произошло в 2013 году. Нет никаких сомнений, что преподобный Серафим Вырицкий говорил о наших временах и предсказывал гонения на тех, кто пытается сегодня сопротивляться пропаганде разврата и прочей либеральной лжи во всём мире.

Известны ли аналогичные пророчества или футуристические прогнозы на эту тему в европейской литературе? Да, они существуют, и они пугают своей прозорливостью и точностью деталировки. Среди наиболее ярких выделяется роман-антиутопия «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. В этом романе, опубликованном в 1932 году, описывается в подробностях некоторое общество, в котором, например, упразднён институт брака, а слова "отец" и "мать" считаются ругательными. Если в 1932 году роман «О дивный новый мир» воспринимался как сатирическая утопия, то в 2021 году, когда всё это начинает воплощаться в реальности, нам становится не до смеха.

В романе Олдоса Хаксли имена многих героев являются аллюзией к тем или иным известным личностям, например, Бернард Маркс назван в честь Бернарда Шоу и Карла Маркса. По всей видимости, аллюзией является и само название романа «дивный новый мир», которое намекает на такие словосочетания как «новый мировой порядок» и «порядок нового века». Давайте попробуем проследить связь этих понятий с либерально-демократической идеологией. Не является ли словосочетание «новый мировой порядок» тем самым искомым маркером, который превращает изначально положительные понятия либерализм и демократия в оружие против христианской морали, используемое современными политиками?

Существует множество конспирологических теорий относительно происхождения термина "новый мировой порядок". Фактически же этот термин упоминается, как минимум, в Большой печати США в фразе «Novus ordo seclorum» («порядок нового века»), в речи президента Джорджа Буша Старшего (13.4.1991), в речи президента Джо Байдена (22.3.2022), в речи Государственного секретаря США Генри Киссинджера (11.4.2019), в книге советника по национальной безопасности президента США Збигнева Бжезинского и в других литературных источниках.

Вполне очевидно, что новый мировой порядок — это не выдумка конспирологов, а реальная повестка дня высших государственных деятелей США, которая была актуальна на протяжении всего времени существования США как государства. Эта повестка, обозначенная Отцами-основателями в Государственной печати, не сходит с уст современных политических лидеров. Какой же смысл они вкладывают в это понятие сегодня в своих речах? Эти разговоры сводятся к рассуждениям на тему Холодной войны и противостояния крупных мировых держав — США, СССР, Китая, России — вслед за которым должна наступить эпоха "мира и процветания" (цитата из речи Джорджа Буша Старшего, произнесенной 13 апреля 1991 года на базе ВВС США Максвелл (см. на 16й минуте)).

Что же это за эпоха "нового мирового порядка", эпоха "мира и процветания", и не о ней ли апостол Павел писал: «Ибо, когда будут говорить: "мир и безопасность", тогда внезапно постигнет их пагуба, подобно как мука родами постигает имеющую во чреве, и не избегнут.» (1 Сол. 5:3)? Если мы послушаем речь Буша, то в ней он ясно даёт понять, что не собирается говорить о каких-то транснациональных институтах власти. Буш говорит, что основа нового мирового порядка — это единая идеология, которая будет воспринята всеми народами по примеру США, и что эта идеология будет основана на идеале свободы (см. с 31й минуты).

Итак, ключевое слово названо — это свобода, в понимании американского либерализма, т.е. речь действительно идет о либерально-демократической идеологии как основе нового мирового порядка. Связь этих двух понятий в речах современных политиков очевидна, и именно в сочетании с новым мировым порядком понятие "либерализм" приобретает те антихристианские оттенки смысла, которые насильственно внедряются сегодня в Европе и США их политическими элитами. Итак, мы нашли необходимый маркер. Изучим его подробнее.

Если отбросить все конспирологические теории и обратиться к официальному определению нового мирового порядка, то оно чрезвычайно размыто, его попросту нет. Новый мировой порядок обычно упоминается в контексте глобализма. Понятие глобализм также трактуется чрезвычайно широко. Христианство тоже имеет свой глобальный интернациональный проект, поэтому не в глобализме дело. Мы должны уточнить смысл, воспользовавшись более точными терминами, а именно мондиализм и неоколониализм.

Идея мондиализма заключается в создании единого мирового правительства, а идея неоколониализма заключается в разделении людей на два класса — класс избранных ("золотой миллиард") и класс тех, кто обслуживает избранных.

Зачем может быть нужна идея нового мирового порядка в таком понимании (мондиализм плюс неоколониализм) правящей элите США — можно предположить. Всякая элита стремится сохранить свою власть и обезопасить её от каких-либо посягательств. Что может быть лучше и надежнее, чем идея единого мирового правительства в глобальном государстве, в котором всё население поделено на два класса — правящая элита и все остальные — и между этими классами установлена непреодолимая пропасть в плане образования, например, как в утопии "дивного нового мира".

Зачем это нужно элите — гипотетически ясно; остается лишь один вопрос — зачем эта идея нужна всем остальным? Очевидно, что для превращения утопии в реальность необходимо до такой степени оболванить всё население земного шара, чтобы оно, потеряв всякие ориентиры и здравый смысл, устремилось в этот "дивный новый мир" как стадо баранов. И в этот момент на сцену выходит волшебное слово "свобода", при помощи которого можно превращать людей в ослов по принципу Пиннокио.

Реальной мотивации элит мы не знаем, но мы знаем другое — процесс оболванивания человечества развивается семимильными шагами. Это, как говорится, "реальность, данная в ощущениях". Кто бы ни были эти люди, стоящие за этим процессом — это люди влиятельные и богатые, поскольку они могут запускать эти механизмы на государственном законодательном уровне во всём мире. Это не теория заговора — это факт.

Но не всё так просто у строителей "дивного нового мира". Человек упорно не желает превращаться в осла. Ему мешают перестать быть человеком семейное воспитание, образование, культура, религия, общественные идеалы, мораль, нравственность. Всему этому необходимо объявить самую беспощадную войну, чтобы достичь необходимого уровня манипулируемости населения.

К примеру, один из наиболее ярких апологетов единого мирового правительства психиатр Брок Чизхолм в своей лекции «The reestablishment of peacetime society» (Восстановление мирного общества) говорит о традиционном семейном воспитании, прививающем детям понятие добра и зла как об извращении: «Единственный наименьший общий знаменатель всех цивилизаций и единственная психологическая сила, способная производить эти извращения — это мораль, концепция правильного и неправильного, яд, давно описанный и предупрежденный как «плод древа познания добра и зла»… Переосмысление и в конечном итоге искоренение концепций правильного и неправильного, которые лежали в основе обучения детей, замена веры в уверенность стариков разумным и рациональным мышлением — это запоздалые цели практически любой эффективной психотерапии… Разве не было бы разумным перестать навязывать детям наши местные предрассудки и верования и давать им все стороны каждого вопроса, чтобы в удобное для них время они могли оценить ситуацию и принять свои собственные решения?» (Подробнее - factcheck.kz)

А вот что говорит о манипулировании населением глава Сбербанка Герман Греф в своём выступлении на сессии Сбербанка «Выход из управленческого тупика: мудрость толпы или авторитарный гений» на Петербургском экономическом форуме ПМЭФ-2012. Не очень понятно, говорил ли он это в шутку или всерьез (сам он позже оправдывался, что специально сказал это ради обострения дискуссии), но приведем здесь фрагмент стенограммы его речи:

«... как только все люди поймут основу своего «Я», самоидентифицруются, управлять, то есть манипулировать ими будет чрезвычайно тяжело. Люди не хотят быть манипулируемыми, когда они имеют знания. В иудейской культуре каббала, которая давала науку жизни — она три тысячи лет была секретным учением, потому что люди понимали, что такое снять пелену с глаз миллионов людей и сделать их самодостаточными. Любое массовое управление подразумевает элемент манипуляции. Как жить, как управлять таким обществом, где все имеют равный доступ к информации, все имеют возможность получать напрямую не препарированную информацию через обученных правительством аналитиков, политологов и огромные машины, которые спущены на головы, средства массовой информации, которые как бы независимы, а на самом деле мы понимаем, что все средства массовой информации всё равно заняты построением, сохранением страт? Так как в таком обществе жить? ...»

Шутка ли это, провокация ли, но видно, что тема эта у Германа Грефа проработана глубоко. В этой речи мы видим ход мысли крупного современного банкира, озабоченного благополучием общества и сохранением страт (читай — сохранением своего статуса). Неправильно будет предполагать, что современные банкиры — это жестокие бессовестные люди, озабоченные одними только деньгами. Сами о себе они так не думают. Полагаю, что каждый из них засыпает со спокойной совестью и мыслями о благополучии общества. Да, в этом обществе он видит себя во главе иерархии, но это всё — для всеобщего блага. Вот только не все люди это понимают, поэтому, для сохранения управляемости, этими людьми необходимо манипулировать.

Так думает банкир, но дальше этого он думать не может. Это не его профиль — он специалист по финансам, а не по социологии. Поэтому он заказывает технологии манипулирования у профессионалов своего дела — социологов, политологов, идеологов — таких как Збигнев Бжезинский, например. Что же предлагают ему эти профессионалы? Они предлагают древние "мудрости", например, "раскрепостить, чтобы закрепостить". Нужно, оказывается, внушить людям такие идеалы свободы, которые привели бы их к полной потере здравого смысла, после чего таким обществом легко будет манипулировать.

Социологи вырабатывают правильную риторику, а политики эту риторику озвучивают. Самая удобная обертка, в которую можно обернуть эту манипулятивную риторику — это права человека и либеральная демократия. Поэтому, как сказал один наш политолог: "демократия — это власть народа, а либеральная демократия — это власть денег." Видимо, в теории это как-то по-другому, но на практике получается именно так.

Приведенное логическое построение является гипотезой. Любая гипотеза имеет право на звание научной теории только тогда, когда она опирается на реальные факты и может предсказывать новые факты. Мы постарались в нашем рассуждении опираться только на факты, взятые из публичных выступлений, и при помощи логических построений предсказать факты реальных попыток манипулирования населением всего мира путём подмены смыслов понятий "свобода" и "права человека". Является ли подобное рассуждение теорией заговора или просто теорией — судить читателю.

Итак, мы видим из речи Германа Грефа, что важнейшим фактором манипулируемости общества является сокращение доступа к знаниям и способности независимого мышления, которое человек приобретает путем качественного образования. Качественное образование должно стать уделом избранных, а для манипулируемых людей важно предложить такую систему образования, в которой у человека не будет выработан навык независимого мышления. Он будет заменен навыком выбора из заранее предложенных кем-то вариантов ответа. Это пресловутый ЕГЭ, который является элементом внедрения Болонской системы образования в России.

Но образование — это далеко не единственный фактор, который обеспечивает формирование полноценной личности, имеющей независимое мышление, понятие о нравственности и здравый смысл. Человек воспитывается в семье, в государстве, в культуре, в церкви. Для достижения манипулируемости всему этому также должна быть объявлена война наравне с образованием.

В современном европейском обществе семья находится под двойным ударом. С одной стороны, это весьма специфическое законодательство в области опеки и ювенальной юстиции, которое наделяет органы опеки практически неограниченными правами по вмешательству в дела семьи. При этом все юридические формулировки весьма размыты, а общественный и правовой контроль за действиями чиновников опеки не оговаривается. Таким образом, чиновники опеки могут творить с семьёй всё, что хотят, трактуя размытые формулировки по собственному желанию, и никакой управы над ними со стороны общественных организаций нет.

Говоря о беспределе органов опеки, я имею в виду реальные случаи, которые разворачивались перед моими глазами в Финляндии, Эстонии и России. Во всех наблюдаемых случаях представители органов опеки действовали как бездушные каратели. Невосприимчивость этих людей к эмоциям ребенка, изымаемого из семьи, и к чувствам матери, от которой отнимают родное дитя, поражает. Всё это красочно изображено в фильме Ольги Синяевой "Блеф, или с Новым годом!"

Атака на семью с другой стороны ведётся по идеологической линии. Предпринимаются попытки уничтожить само понятие семьи, извратить его смысл, упразднить понятия "отец" и "мать", упразднить понятие семьи как союза мужчины и женщины (пропаганда однополых браков с правом усыновления детей и т.п.)

Коснувшись вкратце методов уничтожения семьи в современном европейском обществе и в России, рассмотрим далее борьбу с культурой как ещё одной средой воспитания полноценной личности. Эта борьба осуществляется посредством поддержки и финансирования всевозможной пошлости и эпатажа, что приводит к унижению значимости классического искусства, требующего огромных трудовложений и мастерства. Такая смена приоритетов извращает саму суть искусства.

Искусство — от слова искусный, т.е. умелый, опытный. Это искажает и понятие культуры, превращая её в нечто служащее только для развлечения. Отрицается при этом роль культуры как среды воспитания, призванной облагораживать человека, поднимать его над уровнем животного. Именно благодаря этому призванию культура — это удел искусных, это труд, а не эпатаж.

Финансирование пошлости в искусстве опускает человека на животный уровень, а финансирование художественного абсурда воспитывает привычку к искажению сути. При этом стирается понятие истины и красоты. Воспитанный таким образом человек теряет желание стремиться к чему-то возвышенному, абсолютному. Он приобретает привычку называть белое черным а черное белым, что в конечном итоге выражается в потере здравого смысла и способности отличать добро от зла.

Следующие на очереди — государство и религия как ещё две среды воспитания полноценной личности. Для оболванивания личности с целью дальнейшего манипулирования необходимо уничтожить в том числе и те ценности, которые прививаются человеку государством и церковью, такие как любовь к Родине, любовь к Богу, любовь к истине и нравственность. Методика здесь одинаковая — стирание границ и смешение. В качестве конкретных инструментов используются космополитизм как упразднение самого понятия "гражданство" и экуменизм как смешение религий. Космополитизм уничтожает понятие преданности: "Где слаще каша, там и родина наша", а смешение религий выхолащивает их вероучительное содержание, оставляя только обряд, лишенный всякого смысла.

Подведём итог. То, что мы наблюдаем сейчас в смысловом пространстве европейской цивилизации, куда входит не только Европа, но и Россия, и страны Северной Америки, и постколониальные страны, может быть охарактеризовано с точки зрения социологии как патологическое смещение социальных фреймов. Этот процесс описан Джозефом Овертоном в его модели, известной как "окно Овертона". Идея этой модели может быть сведена к научной метафоре "лягушка в кипятке".

Сутью метафоры является предположение о том, что если лягушку поместят в кипящую воду, она выпрыгнет, но если воду нагревать медленно, то лягушка не заметит перегрева и погибнет. С настоящей лягушкой это так не работает, зато это работает в социологии. Овертон предположил, что, если абсолютно неприемлемую идею сначала просто начать обсуждать, то общество постепенно привыкнет к ней. Затем эту идею можно будет незаметно предложить в качестве допустимой, а когда общество привыкнет и к этому, то можно будет утвердить её как норму. Мы видим, что именно этот сценарий реализуется сегодня на примере однополых браков — нечто немыслимое еще тридцать лет назад стало сегодня государственным законодательством во многих странах.

Возникает ощущение, что кто-то целенаправленно, медленно и терпеливо пытается приучить всё мировое сообщество к чему-то, что может быть охарактеризовано наиболее точно как извращение: извращение смыслов и понятий, извращение нравственности, извращение культуры и искусства, извращение истории, извращение половых отношений. Происходит медленное стирание граней добра и зла, истины и лжи, реальности и мифа. Масштабы и продуманность происходящих процессов не оставляют никаких сомнений в том, что за всем этим стоят не отдельные группы политиков и банкиров, а существо более умное — дьявол. "Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи." (Ин. 8:44)

Итак, мы видим как на наших глазах происходит построение антихристианской цивилизации, предсказанной в Апокалипсисе, т.к. если это не апокалипсис, то что́ тогда апокалипсис? Мы видим также, что главным оружием этой гигантской аферы является не просто ложь, а ложь крайне тонкая и изощренная. Это ложь, которая действует на уровне смыслов, заменяя постепенно один смысл другим в рамках общепринятой догмы.

Ну, например, рассмотрим такой силлогизм: права человека — это неоспоримое благо; право на однополые браки — это право человека; следовательно, право на однополые браки — это неоспоримое благо. Где здесь произошла подмена смысла? Подмена смысла произошла в понятии "права человека". На самом деле, узкое понятие "права человека" сводится к конкретному перечню прав и свобод, в который не входят, например, такие права, как право на ложь и право на убийство. Поэтому формальная подстановка тут неуместна, однако эта ложная подмена, к сожалению, срабатывает, и некорректный силлогизм кажется весьма убедительным.

Этот приём "нейролингвистического программирования" идентичен принципу действия вируса (не важно — компьютерного или биологического). Вирус — это фраза, в которой смысл привычного символа заменен на патогенный код. Клетка или компьютер читает данный символ и запускает тем самым патогенную программу. Методика манипулирования сознанием общества путем нейролингвистического программирования ничем не отличается от вируса.

Когда живой организм заболел вирусным заболеванием, то возможны два сценария. В первом сценарии иммунная система вырабатывает антитела к вирусу и блокирует его распространение. Это называется иммунитетом. Во втором сценарии иммунитет не вырабатывается. Это называется в иммунологии толерантностью. Нашему обществу сейчас пытаются привить именно такую толерантность, т.е. неспособность распознать ложь и выработать к ней противоядие.

Однако не всё так плохо. Мы видим во всём мире сейчас достаточно мощные очаги "смыслового иммунитета". Среди американских лидеров сопротивления либеральной идеологии выделяются профессор психологии Джордан Питерсон и политический комментатор Бен Шапиро, в России созданы целые мозговые центры, такие как Изборский клуб, Сретенский клуб, интернет-канал День ТВ, передача "Бесогон" Никиты Михалкова, телеканал "Царьград" и другие. Известны также отдельные ученые и публицисты, занимающиеся обличением либеральной риторики: Валентин Катасонов, Михаил Хазин, Ольга Четверикова, Сергей Михеев, Руслан Осташко, Захар Прилепин и др. Формируются общества противодействия либеральным статьям законодательства в области семьи и детства, ювенальной юстиции, полового "воспитания".

Эти интеллектуальные центры вырабатывают смысловые "антитела" к либеральному "коронавирусу". Данные "антитела" представляют из себя лаконичные высказывания, которые называют вещи своими именами. Например, Михаил Хазин в открытую говорит о либеральном направлении как о сатанинском. Таким образом в обществе постепенно формируется иммунитет к манипуляциям с понятиями "свобода" и "права человека".

Что ж, выходит, что апокалипсис отменяется? Хоть строители "дивного нового мира" сумели зайти достаточно далеко, но человеческое общество еще не потеряло здравый смысл и способность сопротивления лжи. По мере усиления общественного иммунитета либеральная программа начинает буксовать всё больше и больше. Разваливается либеральная экономическая модель, либерально ориентированные политики выходят из моды. В общем и целом, мы наблюдаем сейчас во всём мире крушение либеральной идеологии и постепенное прозрение людей — особенно в России. Это дает возможность России очнуться от либерального морока, переосмыслить всё, что произошло с нею за последние сто лет, и начать выработку своего нового и уникального пути с учетом ошибок прошлого. Об этом — в следующей части.

...продолжение следует...

Дмитрий Лебедев

Комментарии

От кого:

Комментарий:

Чтобы отправить сообщение, нужно отгадать хотя бы одну загадку:

Двор в снегу. Белы дома. Ночью к нам пришла...
Четыре ходоста, два бодоста, седьмой хлебестун.
Не колючий, светло-синий, по кустам развешен...

Регистрация на сайте с Вашего браузера невозможна. Попробуйте обновить эту страницу один-два раза клавишей F5. Если это сообщение не исчезнет, необходимо включить "cookies".