Стихи Сергея Бехтеева
ЗА ЧТО?

Нам, русским, послан Крест тяжелый,
И мы должны его влачить,
За грех чудовищной крамолы,
За то, что не хотели чтить
В своей безсовестной гордыне,
Как непокорные сыны,
Нам Богом данные святыни
Благой и мудрой старины.
За то, что нехристям в угоду
Преступный замысел творя,
Себе мы прочили свободу
И свергли Ангела-Царя.
И тем, покрыв себя позором,
Дерзнули клятву осквернить,
За всех нас данную Собором,
Во век Романовым служить.
И вот за этот грех великий
Страдаем всюду мы теперь,
И Русью правит деспот дикий,
Безчеловечный, лютый зверь.
И долго будем мы томиться
Под нам ниспосланным Крестом,
Пока в душе не совершится
У нас великий перелом,
Пока от зол мы не очнемся,
И, приведя наш бунт к концу,
К Царю мы, каясь, не вернемся,
Как дети блудные к Отцу.

г. Ницца, 20 октября 1942 г.


В ТЕ ДНИ

(Так писал я на третий день "бескровной" русской революции - С.Бехтеев)
 
"Как женщина, Ему вы изменили,
и как рабы, вы предали Его"
М.Ю.Лермонтов

В те дни, когда мы все так низко пали,
Везде мне грезится священный Образ Твой
С глазами, полными божественной печали,
С лицом, исполненным небесной добротой.

Тебя жалеть я не могу, не смею:
Ты для меня по-прежнему велик.
Перед тобой, мой Царь, я вновь благоговею,
И больно мне глядеть на Твой державный лик.

Слепой народ, обманутый лжецами,
За чистоту души Твоей святой
Тебя клеймил постыдными словами
И казни требовал. Над кем же?.. над Тобой!

Не так ли пал и Царь коварной Иудеи,
Мессия истины, народная мечта?..
И Бога своего преступные евреи
Распяли на доске позорного Креста.

И Царь был осужден на пытки рабской казни,
Над Божеством глумился весь народ,
И люди-изверги убили без боязни
Того, Кто создал мир, моря и небосвод.

Но, победив в аду немые силы гроба,
Воскрес Господь и всем явился вновь.
Побеждена врагов чудовищная злоба,
И козни зла рассеяла Любовь...

Я верю в день священного возмездья.
Клятвопреступники, вас кара неба ждет!
Вас уличат в предательстве созвездья,
Над вами Солнце правды не взойдет.

И камни возопят от вашего злодейства,
Вас грозно обличит правдивая судьба
За низость ваших чувств, за гнусность фарисейства,
За клеветы восставшего раба...

Еще недавно так, пред Ним склоняя выи,
Клялися вы Его до гроба защищать,
И за Царя-Вождя, Хозяина России,
Вы обещали жизнь безропотно отдать.

И что же?! где слова? где громкие обеты?
Где клятвы верности, присущие войскам?
Где ваших прадедов священные заветы?
А Он, обманутый, Он твердо верил вам!

Он, ваш исконный Царь, смиреньем благородный,
В своей душе Он мог ли помышлять,
Что вы готовитесь изменой всенародной
России честь навеки запятнать!

Предатели, рожденные рабами,
Свобода лживая не даст покоя вам.
Зальете вы страну кровавыми ручьями,
И пламя пробежит по вашим городам.

Не будет мира вам в блудилище разврата,
Не будет клеветам и зависти конца;
Восстанет буйный брат на страждущего брата,
И меч поднимет сын на старого отца...

Пройдут века, но подлости народной
С страниц Истории не вычеркнут года:
Отказ Царя, прямой и благородный,
Пощечиной вам будет навсегда!

г. Орел, 1917


У Креста

Шумит народ, тупой и дикий,
Бунтует чернь. Как в оны дни,
Несутся яростные крики:
"Распни Его, Пилат, распни!

Распни за то, что Он смиренный,
За то, что кроток лик Его.
За то, что в благости презренной
Он не обидел никого.

Взгляни - Ему ли править нами,
Ему ли, жалкому, карать!
Ему ли кроткими устами
Своим рабам повелевать!

Бессилен Он пред общей ложью,
Пред злобой, близкой нам всегда,
И ни за что к Его подножью
Мы не склонимся никогда!"

И зло свершилось! Им в угоду
Пилат оправдан и омыт,
И на посмешище народу
Царь оклеветан... и... убит!

. . . . . . . . . . . . . . . . . .

Нависла мгла. Клубятся тени.
Молчат державные уста.
Склонись, Россия на колени
К подножью Царского Креста!

1921 год.


Святая Русь

Где ты, кроткая, православная,
Наша матушка Русь широкая,
Меж сестер славян сестра главная,
Светлокудрая, синеокая?
У тебя ли нет голубых морей,
Вековых лесов, поднебесных гор,
У тебя ли нет тучных нив-степей,
Городов и сел, веселящих взор?
Что ж стоишь в углу, пригорюнилась,
В жалком рубище, Русь державная,
Бровью черною принахмурилась,
Обнищавшая и бесславная?
Нет парчи цветной на твоих плечах,
Нет венца Царей на твоем челе,
Грусть-тоска глядят у тебя в очах,
Сор-бурьян порос на твоей земле.
И вещает Русь, Русь убогая:
"Люди добрые, чужестранные,
Велика моя скорбь, и много я
Претерпела мук в дни желанные!
Изменила я Царю-Батюшке,
На гульбу пошла, врагом званная,
Я поверила воле-татюшке,
Продалась жиду, окаянная!
Обобрал меня душегубец-враг,
Истерзал мое тело белое,
Опоганил он мой родной очаг,
Загубил мое войско смелое.
Смолкла песня моя, песня вольная,
В дни кровавые, непогожие;
Не зовет молва колокольная
Люд молитвенный в Церкви Божии.
Вы скажите мне, где идти искать
Отца родного. Царя русского.
Исстрадалась я во крови плясать,
Под приказ-указ жида прусского.
И когда б Господь умудрил меня
Отыскать мое Солнце Красное,
Я б пошла к Нему чрез моря огня,
Чтоб узреть Его лицо ясное.
И упала б я у Царя в ногах,
Перед ним склонясь сирым колосом,
И с святой мольбой и слезой в очах
Говорила б я горьким голосом:
Прости, Батюшка, прости родненький,
Дочь распутную, дочь разгульную,
За вину мою, грех мой подленький,
Да за речь мою богохульную.
В мятежах-боях я измаялась,
Наказал Господь меня, пленницу,
Во грехах своих я покаялась,
Прости, Батюшка, дочь-изменницу!"

Станция Джанкой, 1 сентября 1920 г. 

Эти стихи были найдены в Ипатьевском доме записанными на двух листках бумаги в книжке, принадлежавшей Великой Княжне Ольге Николаевне. Cтихи были переданы Царской Семье от Сергея Бехтеева графиней Анастасией Васильевной Гендриковой.

На одном листке:

ПЕРЕД ИКОНОЙ БОГОМАТЕРИ

Царица неба и земли,
Скорбящих утешенье,
Молитве грешников внемли,
В Тебе надежда и спасенье.

Погрязли мы во зле страстей,
Блуждаем в тьме порока...
Но.. наша Родина.. О, к ней
Склони всевидящее око.

Святая Русь, твой светлый дом
Почти что погибает.
К Тебе, Заступница, зовем -
Иной никто из нас не знает.

О, не оставь своих детей,
Скорбящих упованье,
Не отврати своих очей
От нашей скорби и страданья.

На другом листке:

МОЛИТВА

Пошли нам, Господи, терпенья
В годину буйных, мрачных дней
Сносить народное гоненье
И пытки наших палачей.

Дай крепость нам, о Боже правый,
Злодейства ближнего прощать
И крест тяжелый и кровавый
С Твоею кротостью встречать.

И в дни мятежного волненья,
Когда ограбят нас враги,
Терпеть позор и оскорбленья,
Христос Спаситель, помоги.

Владыка мира, Бог Всесильный,
Благослови молитвой нас
И дай покой душе смиренной
В невыносимый страшный час.

И у преддверия могилы
Вдохни в уста твоих рабов -
Нечеловеческие силы
Молиться кротко за врагов.

г. Елец, Октябрь 1917 г.

(Стихотворение "Молитва" было послано в
октябре 1917 г. через графиню А.В.Гендрикову Их
Императорским Высочествам в г. Тобольск - С.Бехтеев)

Нижеприведенные стихи скопированы с Монархического сайта города Иващенкова



+ + +

Русь горит! Пылают зданья,
Гибнут храмы и дворцы,
Книги, мебель, изваянья,
Утварь, живопись, ларцы.
 
Гибнет долгих лет нажиток,
Плод тяжелого труда,
Недостаток и избыток,
Накоплявшийся года.

Злобный гений торжествует
Праздник крови и огня;
Он, смеясь, на пламя дует,
Волны красные гоня.

И клубясь и извиваясь,
Пляшут пляску языки,
К небу с свистом поднимаясь,
Гневны, грозны и дики.

Русь горит!.. И безвозвратно
Гибнут перлы красоты.
Так сбываются превратно
Вольнодумные мечты.

1917 г.



Конец русской былины
 
То не ветер в поле стонет,
То не вьюга горько плачет:
То народ себя хоронит.
Горе пляшет, горе скачет.

В грустном гуле перезвонов
Вдаль несутся панихиды
Бесконечных русских стонов,
Полных скорби и обиды.

Наша старшая Держава!
Пал Орел мечты славянской!
Пали наша честь и слава,
Вера Церкви Христианской.

Плещут стаи волн Босфора;
Блещет месяц на Софии;
Но в Стамбуле дверь собора
Вновь открыта для России.

В грязь затоптан бархат стягов;
В поле сечи - смолкли тризны;
И... опять мы ждем варягов
Для измученной отчизны.

1917 г.

Стихотворение "Конец русской былины" было впервые
напечатано в пасхальном номере газеты "Доброволец",
издававшейся в 1919 г. в г. Кисловодске.

 
Немногим

Блажени изгнании правды ради,
яко тех есть Царство Небесное.
(Мф. V, 10).

Блажен, кто в дни борьбы мятежной,
В дни общей мерзости людской,
Остался с чистой, белоснежной,
Неопороченной душой.

Блажен, кто в годы преступлений,
Храня священный идеал,
От повседневных искушений
Умом и сердцем устоял.

Блажен, кто, вписывая повесть
В скрижали четкие веков,
Сберег, как девственница, совесть
И веру дедов-стариков.

Блажен, кто Родину не предал,
Кто на Царя не восставал,
Кто чашу мук и слез изведал,
Но малодушно не роптал.

Старый Футог, май 1921 г.

 
Моя вера

Не должен, не может
Народ мой великий
Бесовское рабство влачить,
Он все одолеет, он все превозможет,
Сумеет себя воскресить.

Он встанет из праха,
Воскреснет из тленья,
С очищенной скорбью душой,
Познавший обиды и ужас паденья
В пучине крамолы людской.

Ведомый ко благу Господней десницей,
Сквозь дебри житейских невзгод,
Он встанет как Лазарь,
Из смрадной гробницы,
И к Божьим стопам припадет.
 
1931 г.


Россия

Была Державная Россия,
Была великая страна
С народом мощным, как стихия,
Непобедимым, как волна.

Но, под напором черни дикой,
Пред ложным призраком "сво-бо-д"
Не стало Родины великой
Распался скованный народ.

В клочки разорвана порфира,
Растоптан царственный венец,
И смотрят все державы мира,
О, Русь, на жалкий твой конец!

Когда-то властная Царица,
Гроза и страх своих врагов,
Теперь ты жалкая блудница,
Раба, прислужница рабов!

В убогом рубище, нагая,
Моля о хлебе пред толпой,
Стоишь ты, наша Мать родная,
В углу с протянутой рукой.

Да будут прокляты потомством
Сыны, дерзнувшие предать
С таким преступным вероломством
Свою беспомощную Мать!

1917 г.

Стихотворение "Россия" осенью 1917 года
было послано Их Императорским Величествам в г.
Тобольск. В 1919 г. оно было впервые напечатано в
газете "Доброволец", выходившей в г.Кисловодске, 
а позднее было опубликовано в №2
газеты "Царь-Колокол" от 31 августа 1920 г.,
издававшейся в г. Севастополе Н. П. Измайловым.

 
Мой народ

Среди скорбей, среди невзгод,
Всегда я помню мой народ;
Не тот народ, что ближним мстит,
Громит, кощунствует, хулит,
Сквернит святыни, нагло лжет,
Льет кровь, насилует и жжет,
Но тот народ - святой народ,
Что крест безропотно несет,
В душе печаль свою таит,
Скорбит, страдает и молчит,
Народ, которого уста
Взывают к милости Христа
И шепчут с крестного пути:
"Помилуй, Господи, прости!.."

1937 г.


+ + +

В убогом рубище, нагая,
Моля о хлебе пред толпой,
Стоишь ты, наша Мать родная,
В углу с протянутой рукой.

И в дни народной деспотии
В бродяге нищенке простой
Никто не узнает России
И не считается с тобой.
 
Да будут прокляты потомством
Сыны, дерзнувшие предать
С таким преступным вероломством
Свою беспомощную Мать!

г. Орел, апрель 1917 г.

 
Свобода

Желанное, светлое слово - "свобода"!
Прекраснейший лозунг на вид,
В устах исступленного зверя-народа
Преступной насмешкой звучит.

Свобода - темница! Свобода - оковы!
Свобода - законный грабеж!
Свобода - венец, как и прежде терновый!
Какая ужасная ложь!

г. Орел, апрель 1917 г.

 
Великий Хам

Он идет, великий Хам,
многорукий, многоногий,
Многоглазый, но без-богий
Беззаконный, чуждый нам.

Слышим, слышим - это он
С грубой наглостью смеется;
Это он галдит, плюется
И смердит со всех сторон

Посмотри - он на глазах
Топчет розы, рушит зданья,
Вековые изваянья
Повергая дерзко в прах.

Видишь - он уж здесь и там,
Возле нас и вместе с нами;
Мы стоим пред ним рабами,
Шепчем: "Сжалься, грозный Хам"

"Шапки к черту предо мной!
Я пришел, стихийно-дикий!
Я - ваш царь, я - Хам великий,
Вам ниспосланный судьбой.

В красной пляске круговой
Храмы я, смеясь, разрушу;
Вырву сердце, вырву душу
У живущих головой.

Я заставлю пред собой
Колебаться в страхе троны;
Я к ногам своим короны
Брошу с дьявольской хулой.

Позабудьте навсегда
Знанья, роскошь и искусства:
Я вам дам иные чувства,
Чувства, чуждые стыда.

Так иди ж на общий пир,
Зверь стобрюхий, многоликий;
Я - ваш царь, я - Хам великий;
Я сотру культурный мир!.."

г. Орел, март 1917 г.


Конь красный

Как зверь из клетки вековой,
Народ наш выпущен на волю
И, словно дикий конь по полю,
Летит, подхлестнутый молвой.
 
Неукротим безумный бег
Коня строптивого, лихого:
На нем нет всадника былого,
С ним разделявшего ночлег.

Пылает взор его огнем;
Он рвется в даль, неукротимый;
Ему в степи необозримой
Конец и гибель - нипочем.

Топча серебряный ковыль,
Преграды грудью расшибая,
Он скачет, яростно вздымая
Клубами вьющуюся пыль.

Почуя вольности дурман,
Исполнен силы и отваги,
Чрез пни, болота и овраги
Он мчит, как грозный ураган.

Надулись ноздри, гневный рот
Оделся пеной белоснежной;
Не удержать уздой железной
Его неистовый полет.

Кто, страх понятный прочь гоня,
Безумца воли обуздает,
Кто, для спасенья, оседлает
Осатаневшего коня?

г. Орел, весна 1917 г.


Земля и воля

Тяжелое время всеобщей разрухи,
Как туча, нависло в стране;
И образ ужасный кровавой старухи
Повсюду мерещится мне.

Костлявая тень, с сатанинской улыбкой,
По градам и весям ползет
И, нагло глумясь над народной ошибкой,
К свободе проклятой зовет:

"Вставай, поднимайся, рабочая сила!
Кинжалы и косы востри:
Я долго боролась, но я победила,
И пали в России Цари!

Проснись, раскачайся, народ сиволапый,
Я черный вам дам передел:
Удвойте, утройте мужичьи нахрапы,
Делите господский надел.

Не бойтесь возмездья, не бойтесь расплаты,
Спешите за мной, удальцы!
Мозолистой дланью громите палаты,
Сжигайте дома и дворцы"...

Пылает кровавое зарево неба,
Пылают усадьбы подряд,
Пылают адоньи свезенного хлеба -
И красные галки летят.

Ликует и пляшет с народом старуха
Под грозный, погромный набат;
Мила ей всеобщая наша разруха,
Наш общий, смертельный разлад.

Гремят и несутся хулы и проклятья,
Чернь празднует вольную новь,
И в пьяном неистовстве режутся братья,
И льется крестьянская кровь!

г. Орел, декабрь 1917 г.

 
Звонарь

Грозно удары гудят и гудят,
Колокол плачет и стонет;
Пьяный народ под зловещий набат
Совесть навеки хоронит.

Дергает веревье страшный звонарь
С злобой и яростью пьяной;
В зареве красном зловонная гарь
Носится в дымке туманной.

Громко скликает гудящая медь
Чернь на кровавое вече:
Рвется на волю двуногий медведь,
Падая кубарем с печи.

Рушатся кровли церквей и палат,
Падают в парке березы;
Эхом звериным далеко звучат
Вопли, хулы и угрозы.

Челядь под крики и звон топоров
Празднует праздник свободы
С песнями пляшут у ярких костров
Диких людей хороводы.

Льется сивуха; ликует разврат;
Боги летят с пьедесталов;
Зычно скликает погромный набат
К падали красных шакалов.

Шапка упала к ногам звонаря;
Ждать, мол, осталось немного:
Выкинул он из России Царя,
Выкинет кстати и Бога.

Грозно удары гудят и гудят,
Колокол плачет и стонет;
Пьяный народ под зловещий набат
Совесть навеки хоронит.

г. Елец, ноябрь 1917г.


Верноподданным
 
Посвящается дорогим сестрам моим Е.С. и Н.С. Бехтеевым

Не унывай, не падай духом:
Господь рассеет царство тьмы,
И вновь прилежным, чутким слухом
Наш русский гимн услышим мы.

И снова наш Отец Державный
На прародительский Свой трон
Взойдет, как встарь, Самодержавный,
Сынов сзывая на поклон.

И в жалком рубище, нагая,
К стопам великого Царя
Падет в слезах страна родная,
Стыдом раскаянья горя!

И скажет Царь, в уста лобзая
Свою предательницу-дочь:
"Я все простил тебе, родная,
И Сам пришел тебе помочь.

Не плачь, забудь былые ковы;
С тобой я буду до конца
Неси твой крест, твои оковы
И скорбь тернового венца!"

г. Елец, октябрь 1917 г.

 
Стихотворение "Верноподданным" и
следующее за ним "Боже, Царя сохрани" были
напечатаны осенью 1917 г. полковником П. С. Толстым
и раздавались населению г. Одессы; позднее оба
эти стихотворения были доставлены Его
Императорскому Величеству в г. Тобольск.


 
Боже, Царя сохрани

Боже, Царя сохрани
В ссылке, в изгнаньи, вдали,
Боже, продли Его дни,
Боже, продли!

Дай Ему силы сносить
Холод и голод тюрьмы;
Дай Ему власть победить
Полчища тьмы!

Да не утратит Он Сам
Веру в мятежный народ;
Да воссияет Он Сам
В мраке невзгод.

Боже, спаси, сохрани
Мать и невинных Детей!
Дай Им счастливые дни
В царстве цепей!

Пусть пред иконой Твоей,
Тихой, вечерней порой
В блеске лампадных огней,
Вкусят страдальцы покой.

Белый, великий наш Царь,
Сирый народ не оставь;
Снова Россией, как встарь,
С славою правь!

Гнусность измены прости
Темной, преступной стране;
Буйную Русь возврати
К милой, родной старине...

Крестное знамя творя,
Молит истерзанный край:
"Боже, отдай нам Царя,
Боже, отдай!"

г. Кисловодск, 1917 г.

Комментарии

13.05.2017   ольга казаркина
МОИ ПРЕДКИ СТАРОВЕРЫ СО СТОРОНЫ МАМЫ И ОТЦА СБЕЖАЛИ ОТ ОТ ЭТОЙ ЖУТИ В СИБИРЬ,ПОХОРОНЕНЫ В ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ БАКЧАРСКОМ РАЙОНЕ СЕЛЕ ПАРБИГ.Я ТОЛЬКО ЖАЛЕЮ О ТОМ ,ЧТО НЕ ЗАПИСЫВАЛА ВСЁ,ЧТО МНЕ РАССКАЗЫВАЛА БАБУШКА О ТОМ ВРЕМЕНИ...
12.03.2017   Татьяна
Восхитительные стихи!!! Боль, слезы, понимание глубины русской души и тех людей, для которых честь и патриотизм были святы! Как жаль... За что, почему???
10.03.2017   Елена Агапкина
Впервые услышала о поэте и прочла его стихи, предложенные Вами. Потрясена
08.11.2015   Денисовой Елены Викторовны
Из дневника А.В.Денисова (дед - генерал-майор, герой русско-Японской войны, кавалер французского Ордена Почетного Легиона, прапрадед - генерал-майор. герой Отечественной войны 1812 г. (Русского Зарубежного похода), прадед погиб в чине поручика, защищая западные границы России. (А.Денисов. ”Смутное время. Взгляд инженера”, издана другом А.Д, князем З.М.Чавчавадзе).

О нашей маме. Ярославль и Облучье... За что?

”Наши дедушки и бабушки прошли через горнила войн и революций. Никто не знает и никогда не узнает, сколько русских погибло в годы гражданской войны.

Оценка числа жертв гражданской, воспетой лучшими советскими поэтами, колеблется от 8 до 20 миллионов. Да, дедам досталось, но это было так давно и не при нас. Планировавшегося суда над КПСС (и КГБ, и эсерами и прочими) по образцу Нюрнбергского процесса не было, ветераны расстрельных команд Колымы и Воркуты получают персональные пенсии и чтятся всенародно как герои Отечества. Простим им всё и забудем всё...

А что же родители? Как им жилось? Лидия Лачкова родилась 11 марта 1918 года, а 6 июля начался так называемый белогвардейский мятеж. Эсеры начали вооружённую борьбу с большевиками, в основном евреями. Около сотни последних было убито. Сколько эсеров было убито и расстреляно, неизвестно. Но гораздо больше было убитых мирных жителей за две недели артиллерийских обстрелов и бомбардировок с воздуха. Город был разрушен. Так начиналось детство.

Потом была гражданская война на юге. Был Перекоп, где погибло множество ткачей Ярославской мануфактуры, переименованной в Красный Перекоп. Был голод в Поволжье (читай «Ташкент, город хлебный»), эпидемии. Была коллективизация. Потом был голодомор 1932-33 годов. 7 миллионов трупов. А может быть 8? 9? Никто не знает. И никому не интересно знать. Это было не при нас. Было людоедство. Женщины ели детей. «Мы родим других». Это было на Дону и Кубани. А что было в Ярославле? Это интересно потомкам?

В Ярославле была пересыльная тюрьма. В Ярославле расстреливали.

Сёстры Лачковы окончили – одна техникум, другая 1-й ММИ, хотя хотела учиться в архитектурном. Это было в 41-м. Все просились на фронт. Лидия, без зимней одежды, в плюшевом жакетике, поехала на Дальний Восток, в Биру. Это тоже был фронт, японский. У японцев было бактериологическое оружие. Курсы эпидемиологов в Новосибирске. Заведование санэпидстанцией. В 24 года. На дверях на бумажке надпись – приём врача, от руки. Допрос в первом отделе. Вы написали «приём врага». Замужество. Есть нечего. Всё идёт на фронт. Муж весит 47 кг. Но зато ребёнок весит целых 2.300. Хлеб только чёрный, из отрубей. В детском садике угощают белой булкой. Её вкус запоминаешь на всю жизнь.

Почти вся группа инженеров, с которой приехал муж, расстреляна как японские шпионы. А он, как его отец в первую японскую, выполняет любое, даже невыполнимое задание. Обращается к Блюхеру (что потом могут припомнить), требует для выполнения задания людей, из желдорвойск, из лагерей. И всегда, в любое время дня и ночи, на морозе, без сна и еды, там, где труднее всего.

Первые послевоенные годы. Голод усиливается. Чтобы прокормить двоих малышей, почти все деньги тратятся на корову. До этого, если удавалось купить молоко, его рубили топором – стояли 40-градусные морозы...”

Со стихами С.С.Бехтеева познакомилась, прочтя на одном дыхании книгу ”Царь Божий Павел 1 Петрович Романов”. На праздновании Дня Матери в нашей библиотеке, прочту стихотворение С.Бехтеева ”Россия”.

Е.В.Денисова

Москва

8.10.2015



22.09.2013   Александр Алпеев
Царь - помазанник божий, то есть человек, который при жизни удостоился особой привилегии небесного Отца. Истинно верующие люди это очень хорошо понимают, также как это понимал Сергей Бехтеев. Гонение и, в конечном счёте, убийство помазанника божьего, и нежелание православного народа воспрепятствовать этому, наложило на нас всех несмываемое проклятие, которое может уничтожить нас, как народ, если не наступит общее искреннее покаяние. С 1917 года страной правит дьявол, и конца этому не видно. Видна только деградация народа, всеобщее отступление от веры предков - православия и постепенное вымирание народа.
25.08.2013   Администратор
Антон, за двадцать лет правления Николая II население Империи ”страдающее под игом царизма” увеличилось на пятьдесят миллионов человек и составило на 1913г 166,7 млн. чел. т.е. приблизительно одну двеннадцатую часть населения планеты. http://demoscope.ru/weekly/knigi/polka/gold_fund05.html Сейчас население ”сбросившей гнет” России составляет 143 млн. чел, т.е. одну пятидесятую долю населения планеты. За ”свободный от гнёта” период с 1917 по 2013 годы доля русского населения в общемировом уменьшилась почти в пять раз. Т.е. в то время, как весь мир размножался в геометрической прогрессии, численность населения России никак не увеличилась. Это, видимо, ”защитники” русского народа так постарались. Ведь только за первые 10 лет революции им удалось уничтожить около 20 млн. русских http://lib.rus.ec/b/160911/read.
25.08.2013   Антон
Народ всегда страдал под игом царизма и впервые сбросил этот гнёт, но и сейчас есть люди, которые не знают истории России и продолжают прославлять чуждую народу династию. Также можно сказать, что сам стих очень ””слабый””, ведь в нём отсутствует воля и истинный патриотизм, а присутствует только рабское идолопоклонство людям, которые всегда были врагами народа и России. Бедный русский народ, некому возвысить голос в его защиту, но он побеждал даже тогда, когда его руки были в тяжких веригах и оковах (времена Петра и Екатерины).
24.04.2013   Георгий
На нас сны дивные навеяв,
Ты отошел в седые дали.
И всё ж с годами ближе стали
Стихи твои, Сергей Бехтеев.
25.03.2013   Виталий
Сказанное Ксенией - истинно и благородно, спасибо!
13.03.2013  
интересна мне понравилось
13.02.2013   Котов Роман
Довольно скорби - дни другие
Идут к нам новой чередой
И вновь ты Царская Россия
Зарей взайдешь над серой мглой

http://tsarskiy-kitezh.ru
04.12.2012   Генерал Роман Хлудов
Готовы ли мы только читать и тихо плакать или громогласно заявить, что мы хотим Царя? Боюсь, читать и плакать гораздо проще.
14.11.2012   Ксения
Когда читаешь стихи царского поэта, душа разрывается, и понимаешь что вот она, та самая боль Русского народа, тот черный крест России....НиколайII всегда будет жить в сердцах и памяти народа...
10.03.2012  
просто сердце разрывается от скорби. читаешь эти строки и все свои ошибки вспоминаешь. так во мне все пробелы заполняются. как хочется порядка. порядка во всём.

творчество этого поэта любил старец н. гурьянов. действительно, это очень смелые и серьёзные мысли поэта о жизни.

От кого:

Комментарий:

Чтобы отправить сообщение, нужно отгадать хотя бы одну загадку:

Без окон, без дверей, полна горница людей.
Два конца, два кольца, посредине гвоздик.
Скромный полевой цветок, синеглазый...

Регистрация на сайте с Вашего браузера невозможна. Попробуйте обновить эту страницу один-два раза клавишей F5. Если это сообщение не исчезнет, необходимо включить "cookies".